O Simona : другие произведения.

Ландыш и Сильвия. Неразделенная любовь

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Ландыш и Сильвия. Неразделенная любовь. Читайте также мои "Хроники Фемискира"! С любовью, Ваша, O SIMONA!

  РОМАН ЛАНДЫШ И СИЛЬВИЯ
  
  Котик играл с бантиком.
  Собачка бегала за мячиком.
  Все, как и положено.
  Также положено было, что я жила в Системе Периферийных созвездий Галактик Северо-Западного округа нашей Империи.
  Я рисовала портреты.
  Портреты с натуры.
  И натуристов тоже рисовала
  Меня хвалили.
  У меня отличный вкус в выборе красок.
  Но еще хвалили за мою красоту.
  Лицо у меня безумно красивое.
  Да и целиком.
  Я просто - восхищение!
  При своей идеальной красоте я еще и веселая.
  У меня всегда прекрасное расположение духа.
  Но...
  Этого мало.
  Нужны деньги.
  
  ЧТОБЫ ЗАМЕТИЛИ КРАСАВИЦУ ВСЕ РАВНО НУЖНЫЕ ДЕНЬГИ.
  
  Доходы от портретов моих - небольшие.
  Еще бы.
  Ведь люди моего окружения - не богачи.
  Если бы я рисовала начальников главков и командиров космокрейсеров...
  То, конечно!
  Тогда бы мне за портреты платили бы дорого.
  Но за портрет фермера никто не заплатит.
  Разве что фермер компенсирует краски и холст.
  Картошкой компенсирует.
  И репу даст.
  Я же кормила еще свою старуху матушку.
  Пенсия у нее высокая.
  Но все деньги матушка отдавала на благотворительность.
  Будто бы нельзя было благотворить меня.
  Я тоже нуждаюсь в благотворительной поддержке...
  Но матушке не прикажешь.
  На матушку не вызовешь полицию.
  Матушку не посадишь в темный чулан...
  
  Однажды в мою мастерскую пришел.
  Пришел богач.
  Мастерская у меня была в коровнике.
  Нет своей студии в пентхаусе высотки...
  Богач прекрасно одет.
  Усики напомажены.
  Розовый платочек в белый горошек.
  Белые штиблеты.
  Синие панталоны.
  Лиловый фрак.
  И ярко-зеленая шляпа.
  Он увидел меня.
  Вытаращил глаза.
  Приложил руку к груди:
  "О, Космос Великий! - богатый красавчик вскричал. - Красавица!
  С блестящей наружностью.
  С тонким, пытливым гениальным умом!
  А занимаешься ерундой.
  В сарае..."
  "Что я красавица...
  Я знаю. - Я ответила скромно.
  Но во мне затрепетали лепестки роз. - Но как ты определил мой ум?
  Ты же меня не знаешь?"
  "Только умная девушка может рисовать картины голая.
  Ты полностью обнажена".
  "Хм.
  Я не подумала, что это характеризует мой ум, - я задумалась. - Но я одна.
  В сарае одна.
  Везде я одна.
  В сарае душно.
  Поэтому я пишу обнаженаня.
  Но я не стыжусь.
  Не стыжусь своей мазни на холсте.
  Не стыжусь своей наготы.
  Я ограничиваю свои желания.
  Например, кушала только два дня назад..."
  "Прелестница! - богач продолжал. - Если бы счастье упало тебе на голову!
  Неужели бы ты сопротивлялась?
  Неужели ты не захотела бы попользоваться?"
  "Я буду сопротивляться, - я сжала зубы.
  Выдернула вилы из копны сена. - Не воспользуешься мной!"
  
  ВИЛЫ В БОК.
  
   - Я не обременю тебя, красавица, - незнакомец отскочил. - Не забеременею тебя...
  Не запятнаю твою совесть.
  Не затрону честь.
  Но ты получишь большое удовольствие".
  "Да, дяденька?" - Я отложила кисть.
  "Душа моя! - богатый красавчик возликовал. - Я имею средства.
  Я знаю секрет.
  Я умею превращать все в звонкую монету.
  Я сделаю тебя счастливой.
  Будь завтра в своем сарае.
  Как можно раньше".
  "Я сплю в этом сарае.
  Поэтому не опоздаю".
  
  ЧТОБЫ БЫТЬ КАК МОЖНО РАНЬШЕ, НУЖНО ПРИЙТИ ПРЯМО СЕЙЧАС.
  
  Я много думала о предложении богатого красавца.
  О том, что он меня обесчестит?
  Ха!
  Многие девушки были бы рады с ним...
  Зачем ему добиваться меня?
  Вырежет мне органы?
  Продаст в рабство меня?
  Тоже - мелко.
  На один раз.
  А в богачах чувствуется размах.
  Я всю ночь советовалась с матушкой.
  "Дочка!
  Я на все согласна!
  Лишь бы тебя побыстрее замуж взяли!" - У матушки на все мои вопросы был один ответ...
  Я с нетерпением ждала утра.
  
  УТРО БЫВАЕТ КАЖДЫЙ ДЕНЬ, НО ВСЕ ЕГО ЖДУТ, КАК ЧУДО.
  
  Богач явился с восходом солнца.
  "Терпение твое слабое, дяденька!" - Я обрадовалась.
  "Я жажду быстрее начать".
  "Быстрее начнешь.
  Быстрее кончишь, дядя.
  Но не со мной".
  "Думай о хорошем, красавица! - Незнакомец из сумки достал...
  Переносную плавильную печь вытащил. - Где у тебя розетка, прелестница?"
  "Розетка прелестница?" - Я пососала пальчик.
  "Ты - прелестница.
  Розетка где?"
  "Мы в сарае, - я захихикала. - Дяденька!
  В сарае не бывает розеток.
  Коровы радива не слушают.
  Розетка на столбе".
  "Так полезай на столб, - незнакомец торопился.
  Торопился умереть? - Воткни вилку в розетку".
  "Готово! - Я через пять минут спустилась со столба. - Включай свою печку.
  Только не понимаю еще...
  Зачем она нам нужна?"
  
  "Обычно я использую медные горшки, - красавчик бормотал. - Выплавляю медные монетки.
  Или из серебра плавлю.
  Серебряные космодоллары.
  Но у тебя ни меди...
  Ни серебра нет.
  Поэтому я использую свое серебро! - Незнакомец вложил в печь...
  Микросхемы засунул.
  Проводки старые. - В этих вещах присутствует серебро.
  Его нужно извлечь.
  Для этого я взял плавильную печь.
  Она переносная.
  Удобно помещается в сумке.
  Только тяжелая.
  Зараза..."
  "Тяжелая зараза".
  "Прости.
  Красавица!
  Я выругался.
  Обжег палец.
  Так вот.
  О чем мы?"
  "О переплавке".
  "Не о переплавке, - незнакомец поднял палец.
  Назидательно поднял.
  Мы посмотрели на палец. - Об извлечении я говорил".
  Он включил печку.
  Набрал на голографе код.
  Печка загудела.
  Со столба полетели искры.
  
   "Кажется, я начинаю догадываться, - я прошипела.
  Сквозь зубы шипела.
  Как змея.
  Или змея не шипит сквозь зубы? - Ты используешь.
  Используешь меня.
  В своих целях используешь.
  Меня.
  Мой сарай.
  Мое электричество".
  "Электричество не твое, - незнакомец огрызнулся. - Столб общий.
  Это ты с него электричество воруешь".
  "Ты воспользовался моим гостеприимством...
  Не в ту сторону воспользовался".
  
  Я ПОДУМАЛА, И ОКАЗАЛОСЬ, ЧТО ПРАВИЛЬНО ПОДУМАЛА.
  
  "Не злись, прелестница.
  Посмотри лучше на чудо, - незнакомец открыл печку. - Серебро из микросхем выделено.
  И сразу из него печка наштамповала монеты.
  Новенькие космодоллары.
  Не отличишь от настоящих.
  Настоящие штампуют на Имперских монетных дворах".
  "Красотища! - Я забыла об обидах. - Богатство!"
   Я протянула руки.
  Хотела схватить монетку.
  "Не тяни руки, - незнакомец ударил меня по рукам, - а то протянешь ноги.
  Монеты еще не остыли".
  "А когда остынут?"
  "Чичас!
  Сейчас остынут".
  "Научи меня!
  Научи меня как из старых микросхем и ворованного электричества штамповать новенькие серебряные космодоллары!"
  "КРАСАВИЦУ УЧИТЬ ЛЕГКО!" - Богач погладил меня по головке.
  Затем щипцами вытащил один доллар.
  Новенький доллар.
  Бросил его в грязь.
  Топтал монету.
  Затем поцарапал ее камнем.
  Камень шероховатый.
  "Зачем добро портишь? - Я была в шоке. - Монетка же красивенькая.
  Блестящая.
  Была".
  "Новенькая монетка вызовет подозрение.
  А старая.
  Потертая монета не привлечет особого внимания.
  Также как и девушки...
  Молоденькая девушка.
  Блестящая девушка привлекает внимание.
  А потертая женщина..."
  "Я поняла.
  Не продолжай!"
  "Возьми монету.
  Сбегай в фермерскую лавку.
  Купи нам роскошный завтрак", - богатый красавчик протянул мне денежку.
  "Ого!
  Я лучше на ярмарке куплю.
  На ярмарке дешевле".
  "Не покупай на ярмарке.
  На ярмарке обворуют.
  Обвешают.
  Обсчитают.
  Сдачу неправильно дадут".
  "Я мигом.
  Одна нога здесь.
  Другая нога там".
  "Ноги у тебя красивые", - незнакомец причмокнул.
  
  Я вернулась...
  Через три часа вернулась.
  "Ау!
  Уа!
  Незнакомец?
  Ты сбежал? - Я в ужасе кусала губки. - С моими деньгами?"
  "Что так долго? - красавчик богач вылез из копны сена. - Я был уверен, что тебя разоблачили.
  Поймала космополиция.
  Поэтому спрятался в соломе".
  "Это не солома.
  Это сено.
  А я недолго.
  Йа.
  Я платья примеряла.
  Мне нужно свадебное платье.
  Тьфу.
  Не нужно свадебное.
  Я искала от кутюр платье.
  С вырезом на груди.
  Грудь у меня великолепная.
  Зачем скрывать грудь.
  Если она.
  И на спине вырез.
  Глубокий вырез.
  До попы.
  Я в сериалах видела подобные платья.
  Туфельки тоже искала.
  Красные.
  На высоких каблучках.
  Каблучки шпильки. - Я крутилась.
  Вертелась перед незнакомцем. - Нравится?"
  "Я.
  Йа же тебя за едой посылал".
  "Кто о чем, а мужики - о еде думают", - я надула губки.
  "Платье красивое.
  Открывает.
  И туфли - нужные.
  Увеличивают длину ног, - незнакомец не удержался. - Но так долго".
  "Ты же мне всего лишь одну монетку дал, - я ответила язвительно. - Пожадничал.
  Поэтому я торговалась долго.
  Искала, где дешевле.
  Дал бы больше...
  Была бы быстрее".
  "С большими деньгами ты бы вызвала подозрение".
  "Опять нудишь.
  Скучно становится с тобой"
  "Где еда?"
  "На еду денег не хватило.
  Платье не из дешевых.
  И туфельки дорогие".
  "Чтоооо?"
  "Да не вопи, - я фыркнула. - Ты на ферме.
  У нас свой хлеб.
  Окорока разные.
  Куры запечённые.
  Творог.
  Масло.
  Сыры.
  Все свое.
  Без мутагенных добавок".
  "Значит ты задумала все заранее, - незнакомец расхохотался. - Знала, что не будешь покупать еду.
  Ладно!
  Прощаю.
  Неси масло.
  Сыр.
  Творог.
  Окорока.
  Мужчине мясо нужно.
  Да побольше!"
  
  "Вот мы и поладили", - я обрадовалась.
  "Ужин по средствам, - после сытного завтрака незнакомец отдувался. - Не привык я к хорошему.
  Вот и обожрался.
  Опьянел от еды".
  "Ты от перебродившего кобыльего молока опьянел".
  "Что же ты не кушаешь, красавица?" - незнакомец сузил глаза.
  "Йа.
  Я только молочка выпью". - Я потянулась к стакану.
  Стакан с молоком.
  "Ой!
  Смотри, что там", - хитрец отвлек мое внимание.
  "Что?
  Принц?
  На белом коне? - я оглянулась. - Нет.
  Это корова".
  "Значит, корова", - богач подал мне стакан.
  Слишком красавчик мне угождал.
  Я должна была догадаться...
  Но я девушка.
  Поэтому - чистая.
  Наивная я.
  Я молочко выпила.
  Вот и весь мой завтрак.
  А злодей подсыпал в молоко сонный порошок.
  Я сразу заснула.
  Сон был глубокий.
  Разноцветный сон.
  Злодей не воспользовался своей победой.
  
  ДЕВУШКУ НУЖНО ПОБЕДИТЬ, А НЕ ЗАВОЕВАТЬ.
  
  Незнакомец вызвал андроидов.
  Они спрятали меня в контейнер.
  И перенесли в космолет.
  Матушка звала меня.
  Каждое утро зовет.
  Но в то утро не дозвалась.
  Матушка обрадовалась.
  Она была уверена, что жених увез меня.
  Матушка сразу выздоровела.
  Вскочила с кровати.
  Умылась.
  Причесалась.
  Оделась в лучшее.
  И отправилась на ярмарку флиртовать.
  
  Космофрегат плыл.
  Попутный антипозитронный ветер наполнял его дюзы.
  Мой похититель - имел ко мне интерес.
  Но не тот интерес.
  Другой интерес имел...
  Он сманивал девушек.
  Воровал их.
  Затем заставлял на него работать.
  Потом он умертвлял девушек.
  Потому что они много знали.
  Знали о его мошенничестве.
  Прошло десять часов.
  Злодей - его звали Ватсон - открыл контейнер.
  Разморозил меня.
  Прыснул в лицо.
  Прыснул смесью дихлорбетамезанола.
  Я протерла глаза.
  Огляделась по сторонам.
  "Я попала в сети?
  В твои гнусные сети, мерзавец?
  Ты... - Я ощупала себя.
  Тщательно осмотрела. - Не воспользовался...
  Но...
  Ты обещал мне богатства.
  Богатства и счастье.
  Что же ты со мной сделал?"
  "Я не обещал тебе богатства.
  И счастье не обещал.
  Красавица!
  Знай же!
  Я ненавижу женщин!
  Женщина меня лишила мужского.
  Ревнивая жена лишили меня достоинства.
  Мда.
  Я уже сказал.
  Мужского достоинства нет у меня.
  Поэтому нельзя меня обвинить, как мужчину".
  "Ты - коварный!"
  "А ты...
  Ты - самовлюбленная кошка.
  Слишком высокого о себе мнения ты.
  Я хотел бы тебя убить.
  Ты - моя сороковая жертва.
  Наслаждение от твоих мучений.
  Оно бы питало меня.
  Но я даю тебе шанс.
  Ты можешь спасти себя.
  Поклянись вечно мне служить.
  Бесплатно..."
  
  БЕСПАЛТНАЯ РАБЫНЯ НЕ ТАК УЖ БЕСПЛАТНАЯ ОКАЗАЛАСЬ.
  
  "Размечтался!
  Извращенец! - Я показала зубки. - Ты в исступлении.
  Я никогда не буду твоей служанкой.
  У служанок портится кожа.
  От мытья полов руки грубеют.
  От полоскания белья в проруби у служанок руки краснеют.
  Покрываются волдырями.
  От недосыпа лицо служанки теряет свежесть.
  Со временем ягодицы обвисают.
  Становятся дряблыми ягодицы.
  Со всеми вытекающими последствиями".
  "Несчастная! - злодей Ватсон.
  Нет.
  Он не рассердился.
  Говорил устало. - Я сломаю тебя".
  Злодей позвал андроидов.
  Приказал посадить меня в отдельную каюту.
  И чтобы давали мне в день корочку хлеба.
  И стакан воды.
  Ватсон остановил космолёт в туманности Андромеды.
  Наслаждался покоем.
  На десятый день поднялась магнитная буря.
  Она выводила из строя роботов.
  Роботы и андроиды ужасно страдали.
  Им пришли мысли в микросхемы.
  Андроиды и роботы решили, что причина их страданий скрыта во мне.
  "Из-за пленницы мы мучаемся, - андроиды пожаловались хозяину. - Ты прячешь космолет в магнитной буре.
  Выбрось пленницу за борт.
  И улетим отсюда".
  "Лучше я вас выброшу, - Ватсон избавился от андроидов и роботов. - Вы могли бы на меня донести.
  Меня судили бы за издевательство над искусственным интеллектом".
  
  ЗА ИЗДЕВАТЕЛЬСТВО НАД ИСКУССТВЕННЫМ ИНТЕЛЛЕКТОМ МОГУТ ОСУДИТЬ ЧЕЛОВЕКА.
  
  Затем Ватсон решил ко мне подластиться.
  Ведь он остался без помощников.
  "Прелестница! - Злодей выпустил меня из каюты. - Прости!
  Я приказал давать тебе только корочку хлеба.
  И стакан воды.
  В день".
  "Спасибо тебе огромное, злодей, - я поклонилась. - Дома.
  На ферме у меня отсутствовала воля.
  Я хотела сесть на диету.
  Да.
  Знаю, что ты сейчас скажешь.
  Что я безупречна и без диеты.
  Что я идеальна...
  Само собой.
  Но я хотела еще и еще быть лучше.
  Нет предела совершенству.
  Но я не могла сидеть на диете
  На ферме множество соблазнов.
  Там - вишенку скушаю.
  Там - земляничку.
  Никакой диеты.
  А ты...
  Ты кормил меня корочками хлеба.
  Ржаной хлеб.
  Очень полезный.
  Посмотри, как светится моя кожа, - я покрасовалась. - Блестит.
  Кожа - шелк и бархат.
  Скулы обострились.
  Выгодно украшают лицо.
  Как ни странно.
  Но груди мои стали еще крепче.
  Налились водой.
  И хлебом груди налились".
  
  "Да!
  Ты прекрасна!
  Спору нет! - Злодей Ватсон облизнулся. - Теперь мы - компаньоны.
  Прилетим на планету-свалку.
  Туда сбрасывают отходы из ближайших систем Галактик.
  Охрана на планете - простенькая.
  Мы наберем там микросхем с космолетов.
  Переплавим их в космодоллары.
  В серебряные космодоллары!"
  "Затея мне нравится.
  Только без рук.
  И без сонного порошка".
  
  УСЫПИТЬ И ПОТРОГАТЬ.
  
  Через три подпространственных перехода мы прибыли.
  "Фу!
  Дым столбом. - Я натянула респиратор. - Пыльные бури.
  Вонь.
  Повышенная радиация.
  Настоящая свалка!"
  "Настоящая свалка!" - Ватсон повторил.
  С восторгом повторил.
  Мы оставили космолет.
  Ватсон приказал ему не входить в спящий режим.
  Мало ли что.
  Может быть, нам понадобится срочная эвакуация.
  Проще говоря - удирать придется.
  На планете мы огляделись.
  "Охраны рядом нет, - Ватсон посмотрел на датчики. - Нет охраны, а мы есть".
  Злодей активировал поиск рабочих тележек.
  Тележки скрежетали.
  Но не были годны для передвижения.
  Зато из кучи мусора вышли три коня.
  Три биомеханических коня.
  Один из коней навьючен солдатскими сухарями.
  Мы сели на коней.
  Они понеслись с биомеханической удивительной быстротой.
  В течение восьми минут пейзаж был унылый.
  Но на девятой минуте...
  "Злодей!
  Я вижу цитадель".
  "Нам в ту цитадель не надо.
  Там разврат и похоть", - Ватсон повернул влево.
  Мои конь, несмотря на мои усилия, последовал за Ватсоном.
  Мы оказались в лесу.
  Лес из ионизированных деревьев.
  Спешились.
  Решили отдохнуть.
  "В этой цитадели, - Ватсон произнес с ненавистью.
  С ненавистью, потому что сам не был в той цитадели, - охранники пируют.
  Одичали они.
  Поэтому все пиры их низменные.
  Есть среди охранников мошенники.
  Они сделали мне много зла".
  Мы отдохнули.
  Опять понеслись на виброконях.
  Вскоре показалась цепь гор из космолетов.
  Ватсон повернулся ко мне:
  "Эта свалка космолетов - наша цель.
  Если ты будешь послушная.
  Послушная девочка.
  То мы вернемся богачами.
  У нас будет монет больше, чем у начальника штаба Галактического округа".
  Через четыре минуты мы доскакали.
  Ну, как доскакали.
  Лошади скакали.
  Мы же на лошадях сидели.
  "Мы у цели, - Ватсон почесал затылок. - Но нужно лезть на вершину вооон той горы.
  Наши биомеханические кони не взберутся.
  Мы сами тоже не сможем.
  Не сможем подняться.
  Нужно вызвать робота мусорщика".
  
  КОГДА НЕТ ВЫХОДА, ТО ВЫЗЫВАЮТ МУСОРЩИКА.
  
  Злодей Ватсон придумал хитрость.
  Или нашел ее в Имперской сети.
  Он убил одну из биомеханических лошадей.
  Вытащил из нее кишки и микросхемы.
  "Раздевайся, красавица", - Ватсон мне подобострастно подмигнул.
  "Вот еще!
  Ты не принц.
  И не мой муж.
  Чтобы я перед тобой раздевалась".
  "Ты не передо мной разденешься.
  Ты раздевайся перед дохлой лошадью.
  Залезай в ее чрево.
  Я зашью живот лошади.
  Она в тепле начнет разлагаться.
  Приползет робот-мусорщик.
  Затащит лошадь на вершину.
  На вершину мусорной кучи брошенных космолетов мусорщик тебя поднимет".
  "Ты уверен?"
  "В чем я уверен?
  Мусорщик обязательно приползет".
  "Ты уверен, что он меня на вершину доставит?
  Может быть робот мусорщик испепелит дохлого коня.
  А я буду в нем находиться".
  "Не должен, - Ватсон трепал бородку. - Мусорщик не станет тратить энергию.
  Не будет сжигать тебя.
  Это экономически невыгодно.
  А на вершине горы дохлая лошадь сгниет.
  В прямых лучах звезды процесс пойдет быстрее.
  Поэтому робот мусорщик тебя поднимет".
  "Твоими устами бы", - я разделась.
  Залезла в нутро дохлой лошади.
  "Смутные подозрения терзают меня, - я подумала.
  В лошади было уютно. - Злодей Ватсон просто захотел.
  Захотел посмотреть на меня обнаженную.
  Еще раз.
  Ведь я могла бы быть в платье.
  Роботу мусорщику - без разницы.
  Но и Ватсону - без разницы.
  Ведь он не интересуется женщинами..."
  
  "Прелестница, - донесся голос злодея Ватсона. - На вершине горы собирай микросхемы.
  Они все с ионами серебра.
  Сбрасывай мне вниз.
  Затем спустишься по веревке".
  "Ага.
  Только не обмани меня".
  "Не обману!
  Красавица!
  Посмотри в мои глаза!
  Разве они могут обманывать?"
  "Я в лошади.
  Из лошади тебя не вижу".
  
  ИЗ ЛОШАДИ НЕ ВИДНО ЧУЖИХ ГЛАЗ.
  
  Вскоре я почувствовала толчок.
  "Робот мусорщик прибыл", - я догадалась.
  Он нес лошадь неаккуратно.
  Бил ее об острые углы.
  Я не знала, что у космолетов может быть столько острого.
  Наконец, лошадь бросили.
  И меня бросил робот мусорщик.
  Ведь я была в лошади...
  "Прибыли, - я вылезла из лошади. - Высоко!
  Ого!
  Сколько здесь электронного мусора".
  "Прелестница!" - Ватсон кричал от подножия горы мусора.
  "Да, злодей".
  "Не медли!
  Бросай.
  Швыряй.
  Сбрасывай!"
  "Уже!
  Очень!
  Сбрасываю!"
  "Красавица!"
  "Да, злодей".
  "Сохраняй спокойствие!
  Не позволяй себе разозлиться".
  "Сохраню!
  Спокойствие сохраню!
  Не позволю!
  Не позволю себе разозлиться. - Через час я устала. - Злодей!
  На сегодня достаточно!"
  "Навсегда достаточно, - снизу донесся истерический хохот. - Привязывай веревку к ближайшему дереву.
  И спускайся с горы".
  "Злодей Ватсон.
  Здесь нет деревьев.
  И веревки у меня нет".
  "Ты сама виновата, - злодей продолжал ржать. - Твоя жизнь в опасности!
  Ее уже не спасти.
  И тебя не спасти!
  Ты дорого мне заплатишь!
  Заплатишь за унижения.
  Сиди на вершине.
  И рыдай.
  Оплакивай свою красоту.
  Оплакивай свою молодость!
  Оплакивай мою немощность".
  
  СЛЕЗ НЕ ХВАТИТ ВСЕ ОПЛАКИВАТЬ.
  
  Я в отчаянье просила.
  Просила спасти меня.
  Затем угрожала.
  Угрожала, что убью злодея.
  Но он спокойно сел на биомеханическую лошадь.
  И погнал перед собой тележку.
  На тележке добро.
  Добро, которое я сбросила с вершины горы.
  "Почему злодеи злые?" - Я немного успокоилась.
  
  Проснулась с пустой головой.
  Зато нашла гибкий кабель.
  Попробовала кабель на прочность.
  Он порвался.
  Тогда я принялась за работу.
  Скручивала толстую веревку.
  Толстую веревку из тонких проводов.
  Затем я начала спускаться.
  Попытки были удачные.
  Веревка помогла.
  Я вскоре оказалась у подножия горы.
  "Одна.
  На мусорной свалке Вселенной.
  Меня выбросили.
  Выкинули, как ненужный топливный бак". - Я подгоняла себя.
  Желание отомстить.
  Оно подогревало.
  Среди хлама я обнаружила...
  "Старая инвалидная коляска! - Сердечко мое затрепетало. - На солнечных батареях. - Я осмотрела коляску. - Колеса спущены.
  Но не в колесах счастье.
  Фара передняя разбита.
  Днем фара не нужна.
  Стоп сигналы не работают.
  Я и не буду никого предупреждать при торможении. - Я села в коляску.
  И...
  Полетели. - С ветерком!" - Я задыхалась от быстрой езды.
  Вскоре показались прожектора цитадели.
  "Цитадель! - Я обрадовалась. - Злодей Ватсон сказал, что там разврат и похоть.
  Но если говорит злодей...
  То все окажется наоборот! - Я смело направила инвалидную коляску к воротам. - Я решила!
  Я остаюсь!
  Я буду здесь жить!
  Великолепная цитадель!
  Даже сад с персиковыми деревьями. - Я притормозила коляску.
  Затем влетела в окно. - В первом блиндаже никого нет. - Я полетела дальше.
  Во второй комнате увидела двух девушек:
  - Девушки, здрасте.
  В шашки играете?
  В поддавки?!"
  "Ты - кто?" - Девицы от волнения уронили столик.
  Нефритовый столик разбился.
  Серебряные шашки покатились.
  Бетонный пол.
  
  НЕ ОРИ ПОД РУКУ.
  
  "Кто я? - Я задумалась. - Я - та, которую обманул.
  Обманул злодей Ватсон.
  Я - страдалица".
  "У тебя ограниченные возможности?
  Ты не можешь ходить?"
  "Ах, - я сошла с коляски.
  Из инвалидной коляски выбралась. - Я нашла коляску.
  На помойке.
  Больше не было летательных средств.
  Я могу ходить.
  Танцую превосходно!" - Я изобразила несколько танцевальных движений.
  "Поразительно! - Девицы захлопали в ладоши. - Умилительно!
  Оставайся с нами жить!
  Ты, кажется, та, которая на биомеханической лошади скакала.
  С тобой был еще мужчина".
   "Мужчина - злодей Ватсон.
  Он заманил меня на гору.
  И оставил меня умирать.
  Только благодаря своему мужеству...
  Своему уму.
  Свое нежности.
  Своей изобретательности, я осталась жива.
  Взяла свои переживания.
  Зажала их в кулачке, - я показала, как зажимаю в кулачке. - Затем свои переживания загнала.
  Загнала в темный ангар.
  Там им и место.
  Я стала сама собой.
  Опять стала.
  Я знаю, что я хочу от жизни.
  Я - выдержанная, как сок.
  Я знающая, как...
  Как библиотека.
  У меня обычные желания.
  Да...
  Желания.
  Обычные.
  Я умею получать удовольствие.
  Удовольствие от природы...
  Я не позволю себе.
  Желания не позволю, если они не желанные.
  Пусть меня сварят в кипящем моторном масле, если я вру...
  Говорят, что при поцелуях, любое желание увеличивается в двадцать раз.
  Я не проверяла.
  Поцелуи бывают и возмутительные.
  Без результатов поцелуи бывают.
  Причем - совсем-совсем.
  Я хотела бы увидеть любовь.
  Вернее, научиться любить.
  Может быть, любить воображаемое.
  Хоть мельком.
  Люблю подслушивать.
  Злодеев боюсь.
  Злодеи не умеют целоваться.
  Или они не уверены, что их любят".
  
  "Ты...
  Ты - наша! - Девицы взяли меня за руки. - Мы принимаем тебя.
  Принимаем сестрой!
  Мы здесь поставлены Империей.
  Наблюдаем за свалкой космолетов".
  Так мы стали жить вместе.
  Жили в полном согласии.
  Наша дружба возрастала.
  С каждым днем возрастала и возрастала.
  Дружба.
  Да...
  Но...
  Иногда подружки запирали меня.
  Запирали в глухом блиндаже.
  Я из него не могла ничего видеть.
  И не слышала ничего.
  Сначала я подумала
  "Они со мной играют.
  Я должна в запертом пространстве самосовершенствоваться. - Но потом поняла: - Зачем мне самовершенствоваться?
  Я же - само совершенство!"
  
  В один из дней...
  Снова меня закрыли в бетонном кубе.
  Но я смогла.
  Я вырвалась на свободу.
  Побежала в персиковый сад.
  И в большой купальне я увидела.
  "Множество девушек!
  Все стройные.
  Гибкие.
  Сразу видно - боевые!
  Чувствуется в них военная жилка. - Я распахнула глазища. - А я думала, что две мои подружки.
  Две подружки и я...
  Только на этой планете.
  На этой мусорной свалке". - Я стала наблюдать.
  Особенно меня поразила рыжеволосая красавица.
  Она была удивительна.
  Рыжеволосая держалась в сторонке.
  В сторонке от других купающихся.
  Я догадалась:
  "Она - командирша!"
  Я решила вести наблюдение.
  
  Каждый раз, когда девушки прилетали...
  И купались...
  Мои подружки меня запирали.
  Они явно не хотели, чтобы я видела происходящее.
  А там было на что посмотреть!
  Я не находила ответ.
  Поэтому худела и худела.
  Моя худоба опечалила подружек
  "Милая!
  Мы с горестью заметили.
  Ты худеешь с каждым днем.
  Расскажи причину твоей печали.
  Мы тебя вылечим!"
  "Ах!
  Мне стыдно! - Я закрыла лицо ладонями. - Я ни за что не расскажу.
  Это ужасно!"
  "А если мы попросим?"
  "Тогда расскажу! - Я с жаром начала извиняться. - Вы меня запирали.
  В бетонный блиндаж.
  Но я однажды ослушалась.
  Нарушила правила.
  И сбежала.
  Сбежала в персиковый сад.
  Увидела купающихся.
  Девушки резвились в купальне.
  Одна из них - рыжеволосая.
  Держится отстраненно.
  Наверно, командирша.
  Почему же вы скрываете от меня эту тайну?"
  
  ТАЙНУ НЕ СКРОЕШЬ, ТАЙНУ ЗАРОЕШЬ.
  
  "Твой интерес безрассуден! - Подружки переглянулись. - Тоска точит твое сердце.
  Но мы не можем тебе рассказать.
  Это военная тайна!"
  "А, если я попрошу?"
  "Нуууууу.
  Если ты просишь...
  Мы тебе расскажем. - Мои подружки переглянулись. - Наша планетка периферийная.
  Сюда редко, кто прилетает.
  Основные бои с жухраями наша Империя ведет далеко отсюда.
  Мы - как бы ополченки.
  Или находимся в тыловом обеспечении.
  Следим за мусорной свалкой.
  Случилось же однажды...
  В нашу Цитадель опустился жухрайский космолет.
  Израненный.
  Весь в дырках.
  Мы приготовились к отпору.
  Достали два бластера.
  А...
  Больше у нас оружия не было.
  Из космолета сошли жухрайки.
  Взвод жухраек.
  Одну из них они несли.
  На носилках.
  Мы встали грудью.
  Грудями.
  На защиту.
  Мы же защищали наш опорный пункт.
  Ну, как опорный пункт.
  Свалка космолетов.
  Жухрайки наставили на нас оружие.
   Наши бластеры...
  Батареи наших бластеров разрядились.
  Мы были обречены.
  Обречены на проигрыш.
  Но тут вперед вышла.
  Та самая рыжеволосая.
  Она - лейтенантка жухрайка.
  Ее зовут Сильвия.
  Она устало приказала своим:
  "Сложить оружие! - Затем обратилась к нам.
  Нас поразило ее умение красиво изъясняться.
  До этой встречи мы думали, что все жухраи - глупые и некультурные:
   - Нам делить нечего. - Лейтенантка Сильвия смотрела на нас. - Нам нужно подлатать свой космофрегат.
  И подлечить нашу раненую.
  Не спорьте! - Рыжеволосая подняла руку.
  Прервала нашу - начинающуюся - ругань. - Вы не в том положении.
  И мы тоже.
  Мы воюем далеко от наших основных сил.
  Встретимся в вами в бою...
  Тогда - пожалуйста.
  Стреляйте в нас.
  Мы будем пускать ракеты в вас.
  Но сейчас...
  Помогите нам с космолетом.
  Вы на свалке знаете, где что лежит.
  Нам нужно немного запчастей.
  Потом мы улетим.
  А...
  Взамен мы оставим вам часть нашего пайка.
  У нас йогурты фермерские.
  Натуральные.
  Все у нас свеженькое.
  Не генномодифицированное!"
  
  ЖИВЫЕ ЙОГУРТЫ ОЖИВАЮТ В ЖИВОТЕ.
  
  Так началось наше...
  Взаимодействие.
  Жухрайки не мешали нам.
  Мы не мешали им.
  Через сутки они починили свой космофрегат.
  А раненая их.
  Раненую мы сами предложили оставить.
  Она была в тяжелом состоянии.
  Через неделю жухрайки прилетели за ней.
  Оставили нам столько фермерских продуктов - на полк хватит.
  Лейтенантка Сильвия тепло нас благодарила.
  Жухрайки удивились.
  Ведь мы быстро поставили на ноги.
  Поставили на ножки их тяжелораненую.
  Затем жухрайки собрались улетать.
  Наступила пауза прощания.
  Что мы могли сказать нашим врагам?
  И что они могли ответить их врагам?
  Я заметила, как жухрайки смотрят на нашу купальню.
  Тяжело вздыхают.
  И не могу глаз от нее отвести.
  "В космосе купальни - редкость, - мы неожиданно предложили. - На космофрегате даже не примешь водяной душ.
  Только аминокислотные ванны...
  Можете отдохнуть.
  В нашей купальне.
  С нашей стороны это будет выглядеть, как акт предательства.
  Предательства перед Империей...
  
  НЕ ПУСКАЙ ВРАГА В СВОЮ ДЖАКУЗИ.
  
  Но...
  Мы сделаем вид, что ничего не замечаем.
  Не замечаем, как вы прилетели.
  Как вы искупались.
  НЕВНИМАТЕЛЬНОСТЬ - НЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ".
  С тех пор...
  Жухрайки прилетают.
  Мы запираемся в цитадели.
  Жухрайки купаются.
  Оставляют нам подарочки.
  Затем улетают.
  До следующего раза".
  Подружки на меня смотрели испугано.
  Побегу ли я докладывать?
  В нашу имперскую тайную канцелярию...
  Ведь они связались с жухрайками.
  "Военные тайны вы не выдаете, - я принимала решение.
  Трудное решение. - А что купальня...
  Так вы и не догадываетесь.
  Что жухрайки резвятся в купальне.
  У вас и так дел много.
  Целая планета мусора - ваши дела..."
  Я как бы стала соучастницей.
  Соучастницей предоставления врагам купальни...
  
  Но...
  Мои тревоги не закончились.
  Я ходила задумчивая.
  Хотела узнать, почему жухрайская лейтенантка Сильвия купается одна.
  Может быть, она хочет перейти на нашу сторону?
  И служить Империи.
  Я каждый раз за ней подглядывала.
  Но не находила ответ.
  Наконец, подружки мои сжалились.
  "Мы поможем тебе!
  И нашей Империи поможем.
  Милочка!
  Жухрайки начнут купаться.
  Ты же унеси одежду их командирши.
  Одежду и планшет.
  В планшете должны быть секреты.
  Жухрайские секретики.
  И, может быть, дневник командирши Сильвии.
  Из дневника ты все узнаешь..."
  
  Я так и поступила.
  Жухрайки купались.
  Я выползла из кустов.
  И похитила форменное обмундирование Сильвии.
  И ее голографический планшет взяла.
  После купания жухрайки вернулись на космофрегат.
  А Лейтенантка Сильвия не могла.
  Она обнаженаня искала в кустах:
  "Где я оставила планшет?
  Где моя военная форма?"
  И в кустах жухрайка наткнулась на меня.
  Глаза ее вспыхнули гневом...
  "Как ты посмела..."
  "Подожди.
  Я не враг.
  Вернее...
  Я враг жухраям.
  Но в данном случае.
  Я хочу выяснить.
  Кое-что узнать.
  Думаю, что наше сотрудничество будет плодотворным.
  Для нас обеих".
  "Я не продаюсь.
  И не общаюсь с Империйцами", - ноздри Сильвии раздувались.
  "Ой, ли..."
  "Ну.
  Купания.
  Это - не предательство...
  Верни мое обмундирование.
  И планшет верни".
  "А ты, попробуй!
  Попробуй, отними!" - Я показала язычок.
  "И отниму", - лейтенантка сделала шаг вперед.
  "Не отнимешь!
  Не отнимешь!" - Я подразнивала.
  И тогда жухрайка подпрыгнула.
  В полете своими ногами обвила мою шею.
  Мы упали на траву.
  Но и я...
  Я - первая чемпионка по борьбе.
  По девичьей борьбе.
  Я - в свою очередь - зажала ее шею.
  Ногами.
  Мы лежали.
  Злобно сопели.
  Смотрели друг дружке в низ живота.
  Мы оказались в патовой ситуации.
  Жухрайская лейтенантка не могла высвободиться.
  И не могла дальше меня скручивать.
  И я тоже...
  Аналогично....
  "Девочки!
  Хватит ерзать. - Появились мои подружки. - Вы обе - наши гостьи.
  Ведите себя, как девушки. - И обратились к жухрайке. - Лейтенантка Сильвия.
  Наша подружка.
  Новая подружка - случайно на этой планете.
  Ее заманил сюда злодей.
  Ватсон ее привез.
  И бросил умирать.
  На мусорной горе оставил одну".
  "Жалостливая история, - жухрайка ослабила хватку. - Красотка.
  А от меня?
  От меня, что тебе нужно?
  Я же не злодей.
  Я тебя не обижала".
  "Пожалуй...
  Да.
  Ты не злодей.
  Ты меня не обижала, Сильвия, - я отпустила ее.
  Жухрайка тоже отпустила меня. - Ловко ты меня. - Я мотала головкой.
  И, неожиданно, засмеялась. - Я - чемпионка по борьбе.
  По женской борьбе.
  В грязи".
  "Дааааа.
  Я почувствовала.
  Почувствовала твои ноги на моей шее, - жухрайка чуть улыбнулась. - Я тоже чемпионка.
  Чемпионка галактического округа.
  По борьбе ногами".
  "Борьба ногами?
  Очень любопытно!" - Я присвистнула.
  "Но...
  Мы все равно - враги. - На этот раз улыбка Сильвии грустная. - Ты - Империйка.
  Я - жухрайка".
  "Да.
  Мы враги.
  Но враги в бою.
  Сейчас мы не в бою".
  "Ты что-то хотела узнать?
  Из моего планшета? - Сильвия взглядом указала на голограф. - Лучше спроси.
  Мои записи зашифрованы".
  "Йа...
  Да.
  Я хотела спросить, - я расправила плечи. - Твои подчинённые.
  Они резвятся.
  Ты - каждый раз одна.
  Одна в купальне.
  Около бортика".
  
  "Твой интерес не вызывает сомнений, - жухрайка пристально смотрела в мои глаза.
  Криво усмехалась. - Слова твои не производят большого впечатления.
  Ты - как гимназистка.
  Гимназистка, которая не достигла половой зрелости".
  "Ой!
  Можно подумать, что ты достигла. - Я зашипела. - Молодая лейтенантка.
  Но...
  Жухрайская лейтенантка.
  А все жухрайское - не считается.
  А я.
  Йа, между прочим...
  Всего достигла.
  Язычок у тебя злой.
  Как у змеи".
  "А твои зубки остренькие.
  Но я не принимаю тебя серьезно.
  Это меня успокаивает". - Сильвия засмеялась с сарказмом.
  
  СМЕЯТЬСЯ МОЖНО ПО-РАЗНОМУ.
  
  "Напомню тебе, жухрайка.
  Ты на территории Империи".
  "А я напомню тебе, Империйка.
  Ваши далеко.
  А наш боевой космофрегат на орбите".
  "Ха!
  Испугала цитадель боевым космофрегатом!" - Я замерла.
  Разговор превращался в военный конфликт.
  Мои подружки не выглядели уверенными.
  Не были уверены, как раньше.
  Я начала беспокоиться за них.
  "Я уступаю, - я прошипела. - Не отступаю.
  А - уступаю.
  Я влезла в ваши дела.
  Интересуюсь.
  Сую свой нос во все щели".
  "Твой носик идеальной формы".
  "Чтоооо? - Я распахнула глазища.
  Не ожидала похвалы от жухрайки.
  От самоуверенной наглой жухрайки. - Согласна...
  Мой носик идеальной формы.
  Ты понимаешь толк в красоте... жухрайка.
  Ведь твой носик не уступает в идеальности..."
  "Я свой носик, - жухрайка улыбнулась прошлому.
  Нежно улыбнулась. - У меня красивое лицо.
  Но все портил носик.
  Нос - картошкой.
  Я подумывала о косметической операции.
  Но не решалась.
  Тем более что идет война.
  Не до операций по изменению формы носа на войне.
  Все решил случай.
  Осколок фугаса прошил мою переносицу.
  Нужна была срочная операция.
  И я поняла - Удачный Случай!
  Подлатала носик.
  Заодно сменила ему форму.
  Теперь он...
  Да!
  Он прекрасный!"
  
  "Госпожа лейтенантка Сильвия, - донеслось из голографа. - Нас срочно требуют.
  Батареи просят огня.
  На позицию!"
  "Служба зовет!" - Сильвия расправила плечи.
  Узкие у нее плечи.
  Талия - тонкая.
  "Ты хочешь?
  Чтобы я отдала тебе планшет?
  И твое обмундирование? - Я с вопросом заглянула в глаза жухрайки. - Но...
  Я еще не все выяснила...
  И ты уже не выглядишь уверенной командиршей.
  Как раньше.
  Это меня позабавило".
  "Я чувствую себя неловко", - в голосе жухрайки послышались просительные нотки.
  "Ты в порядке!" - Я усмехнулась.
  "Да.
  Все нормально!
  Нуууу".
  "Возьми, - я протянула планшет.
  И вернула жухрайке ее обмундирование. - Я бы никогда не поверила, если бы мне сказали, что я помогаю жухрайке..."
  "Ты не помогаешь мне.
  Успокойся". - Лейтенантка быстро одевалась.
  Натягивала чулочки.
  Запуталась.
  Пошатнулась.
  Я вовремя поддержала ее.
  За локоток поддержала.
  "Спасибо, - Сильвия благодарно улыбнулась. - Закусила нижнюю губку. - Если..."
  "Если бы, - я перебила ее восторг. - Я не выведала ваши жухрайские военные секретики.
  И чувствую себя предательницей".
  "Скажу честно, - Сильвия затягивала ремень на талии.
  Талия у нее оказалась тоньше, чем тонкая. - Никаких секретиков нет.
  Все секреты выдумываем мы сами.
  И... - лейтенантка пытливо смотрела в мои глаза. - Хочешь?
  Хочешь, я возьму тебя с собой?
  На один полет?"
  "Чтоооо?" - Я вскричала.
  Одновременно удивились и мои подруги.
  "Я чувствую себя неловко.
  Я в долгу перед тобой.
  Ты отдала мой планшет.
  Боевой планшет.
  И мою военную форму вернула.
  А ведь ты могла с ними убежать.
  Я бы тогда вернулась на свой космолет.
  Голая.
  И без командирского голографического планшета.
  Меня, возможно, отдали бы под трибунал.
  Поэтому, хоть как-то компенсирую.
  Полетишь с нами.
  Высмотришь, что тебе интересно.
  Потом доложишь своим.
  Империйцам".
  
  СВОЯ СРЕДИ ЧУЖИХ В ТЫЛУ ВРАГА.
  
  "Неожиданное.
  Но как я объясню?
  В нашем штабе округа, что скажу?
  Почему я была у жухраев..."
  "Очень просто.
  Доложишь.
  Тебя похитил злодей Ватсон.
  Использовал в своих целях".
  "Он меня не использовал...
  Я проверяла..."
  "Ватсон оставил тебя умирать.
  На свалке мусора.
  Прилетели жухраи.
  Хм.
  Мы прилетели.
  Мы - жухраи...
  Ваши имперцы не прилетели.
  Мы взяли тебя в плен.
  Якобы взяли.
  Ты своим так скажешь.
  В плену ты все выведывала.
  А потом сбежала.
  Тебе орден дадут.
  Или премию".
  "В Империи воюют не за ордена, - я надула щечки. - И не за премию".
  "Ладно!
  Ладно!!
  Летишь со мной?"
  "С тобой, - я переводила взгляд с подружек на лейтенантку Сильвию. - С тобой полечу.
  А, если ты меня пытать начнешь?
  Обманешь?"
  "Некоторые хотят, чтобы их обманули.
  А находятся и те, которые мечтают, чтобы их пытали". - Сильвия постучала пальчиком по планшету.
  "Госпожа лейтенантка!" - В голографе уже вопили.
  Сильвия повернулась.
  Побежала к космофрегату.
  "Что делать?
  Кого винить? - Я переступала с ноги на ногу. - Я сорвалась с места. - Сильвия...
  Лейтенантка.
  Жухрайка...
  Подожди.
  Бери меня в плен.
  В плен меня бери!"
  
  "Чего нужно ожидать?" - Я проблеяла.
  Только во вражеском космолете поняла.
  Поняла, как сглупила.
  Добровольно сдалась в плен.
  Или не в плену я?
  А на экскурсии?
  Экскурсия на вражеском космофрегате.
  "Сильвия?"
  "Да, милочка".
  "Мы обсудили.
  Мой - так сказать - плен обсудили.
  Но что ты скажешь своим подчиненным?
  Подружкам?
  Скажешь обо мне?"
  "Никто спрашивать не будет! - Сильвия провела меня в уютную каюту.
  Я сразу поняла - каюта ее.
  Каюта командирши. - У нас не принято спрашивать.
  Мы давно вместе.
  Плечом к плечу.
  Всякое было.
  Всякое будет.
  Мы друг о дружке много знаем.
  Кому-то что-то не нравится.
  Но...
  Мы в бою можем доверять друг дружке.
  И не в бою".
  "Йа.
  Здесь побуду. - Я пролепетала. - Вы же в бой.
  Даже страшно сказать.
  В бой против наших.
  Против Империйцев".
   "Еще неизвестно.
  Кто кого". - Лейтенантка жухрайка прислушивалась.
  Она мыслями уже была за командным пультом.
  Не оглянулась.
  Вышла.
  
  "Ну, а я, - я ходила по каюте. - Я тоже принесу пользу.
  Надо выведать секреты жухраев.
  Если я уже здесь".
  Я подождала несколько минут
  Космофрегат выскочил из подпространства.
  Его тут же тряхнуло.
  Сильно тряхнуло.
  Взвыли сирены безопасности.
  "Попадание в левый форсаж, - я догадалась. - Азимут три".
  
  Я выскочила в коридор.
  Царила паника.
  Обыкновенная паника, когда подбит космолет.
  Жухрайки суетились.
  На меня не обращали внимания.
  Мимо пробежала брюнетка.
  За ней скакал робот.
  На спине робота ящик с бронебойными.
  Я прижалась к стенке.
  По стеночке.
  Вдоль переборок ползла.
  Снова жахнуло.
  Над моей головой образовалась дыра.
  Величиной с грецкий орех.
  Засвистел выпускаемый воздух.
  Тут же на дыру полился герметизатор.
  "А хорошо наши стреляют! - Я подумала.
  Разумеется, наши - Имперцы. - Не дают жухраям покоя.
  Пусть я погибну!
  Но погибнет и этот жухрайский космофрегат.
  С воинственными жухрайками на борту!"
  И тут меня начало разрывать.
  Сомнения разрывали.
  Жухрайки оказались не просто так.
  
  КОГДА ВРАГ РЯДОМ, И ВРАГ В БЕДЕ, ТО...
  
  "Если бы жухрайки эти...
  Если бы они были безликие.
  Просто жухрайский космолет.
  Но я их знаю.
  Я видела, как они радуются жизни.
  Как играют в купальне.
  И с ними Сильвия.
  Они сейчас не однородная биомасса.
  Они боятся.
  Они рядом.
  Конечно, я болею за наших!
  И эти жухрайки сейчас стреляют.
  Стреляют по имперцам.
  Моим имперцам.
  Ой!
  Жухрайка упала.
  Кажется ее имя - Розалинда.
  Убили?!!
  Нет.
  Живая.
  Поднялась.
  Держится за голову.
  Шатается.
  Двинулась к орудию".
  "Привет! - Розалинда почувствовала мой взгляд.
  Услышала мои мысли.
  Обернулась.
  Улыбнулась.
  Помахала ручкой. - Помоги мне.
  Я должна дойти до огнемета.
  А у меня в глазах двоится.
  Контузило".
  И я подбежала.
  Подставила плечо.
  Розалинда оперлась о меня.
  Мы обе упали.
  Я остановила робота.
  Он подхватил Розалинду.
  И мы побежали к корме.
  Зачем я тоже бежала?
  "Придвинь ко мне бак с зарядами, - голосок Розалинды слабый. - Я не дотянусь".
  
  Я осмотрелась.
  "Что за бак?
  Как может быть бак со снарядами?"
  Нашла черный бочонок.
  На нем голограмма - череп и скрещенные кости.
  Я пододвинула бак к Розалинде.
  И с ужасом подумала:
  "Зачем?
  Зачем я помогаю?
  Розалинда сейчас будет стрелять по нашим.
  По имперцам.
  Своими действиями я предаю Империю.
  Нет!
  Я так не хочу!" - Я потянулась к баку.
  Хотела убрать его от Розалинды.
  Вдруг, в смотровую щель влетело.
  "Синхронная граната", - я выдернула Розалинду из кресла.
  Из кресла стрелка.
  Повалила ее на пол.
  Прикрыла нас мюонным щитом.
  Помогло.
  Но только немного.
  Щит поглотил восемьдесят процентов энергии взрыва синхронной гранаты.
  Я на несколько секунд оглохла.
  Розалинда лежала рядом.
  Снова контуженая.
  Но живая.
  Из уголков рта вытекала кровь.
  "Хорошо, что так случилось, - я тупо думала. - Розалинда не стреляла.
  Случай ей не позволил.
  И я, получается, не предавала своих"
  
  Сначала я встала на четвереньки.
  Затем поднялась.
  Держалась за барионный охладитель.
  "Санитары...
  Робот.
  У нас раненая.
  Нужно срочно в лазарет".
  На мой призыв роботы не откликнулись.
  Либо вышли из строя.
  Либо были заняты другими...
  Другими приоритетными задачами.
  Я подтолкнула тележку.
  Тележка мнемомеханическая.
  С усилием затащила на нее Розалинду.
  Вывезла в коридор.
  "Где лазарет?" - Я спросила пробегавшую блондинку.
  Она махнула рукой.
  Показала направление.
  Я покатила дальше.
  
  ГЛВНОЕ - ЗНАТЬ НАПРАВЛЕНИЕ.
  
  В лазарете уже лежала жухрайка.
  Под аппаратом восстановления.
  Других жухраек не было.
  Я передала Розалинду компьютеру.
  Лазерные лучи разрезали на Розалинде одежду.
  Затем манипуляторы перенесли ее в ванну.
  С калийпромесопротонами.
  По крайней мере, у нас, в Империи используют калийпромесопротон для восстановления.
  Через минуту Розалинда открыла глаза.
  Не глаза у нее.
  Глазища.
  "Спасибо, - она прошептала. - Насколько можно ожидать хорошее". - Розалинда как бы смутилась.
  Хотя она не в том положении.
  Я старалась не встречаться с Розалиндой взглядом.
  Она же начала болтать.
  Болтала языком.
  Посттравматический шок.
  Розалинда...
  Оправдывалась.
  Она переживала, что не может сражаться.
  "Я не устала.
  Мы сражаемся год.
  Год без отпуска.
  И история с бомбежкой.
  Ты не думай.
  Думаешь, я не имею представления?
  Не имею представления о чем говорю?
  А о чем я говорила?
  Я считаю, что слишком много.
  Много всего.
  Личного мало.
  Лояльного много.
  Возможно, даже не вполне...
  Не вполне, не знаю что.
  Меня все касается.
  Все отражается на моем лице.
  Ты видишь отражение всего? - Розалинда спросила.
  Я не ответила.
  Розалинда продолжала.
  Ее речь была близка к бреду. - Я ни о чем не спрашиваю.
  Даже о котиках.
  Котики - хорошо.
  Иногда я выгляжу озабоченной.
  А котики всегда беззаботные".
  
  Я поправила кабель диоптрий.
  Необязательно было поправлять.
  Но я должна была отвлечься.
  Подумала:
  "Лазарет - мое спасение.
  Пока я здесь...
  Я не воюю.
  Ни на чьей стороне не воюю.
  Если бы раньше.
  Если бы я не узнала ближе этих жухраек.
  Только этих.
  И Сильвию...
  Я бы не задумывалась.
  Подорвала бы этот вражеский космолет.
  С жухрайками подорвала бы.
  И с собой.
  Но..." - Я обнаружила себя в коридоре.
  Сама не знаю.
  Вышла и побежала.
  Космолет содрогался.
  "Как в агонии.
  Как Розалинда после взрыва", - нелепое пришло в голову.
  
  ХОРОШЕЕ НАДО ПРИДУМЫВАТЬ, А ПЛОХОЕ САМО В ГОЛОВЕ ОКАЖЕТСЯ.
  
  Я вбежала в командный зал.
  "Сильвия очень занята, - я отметила.
  Нервно усмехнулась. - Еще бы.
  Ее космолет под обстрелом.
  На ней ответственность.
  За всех.
  За все ответственность".
  Сильвия мельком на меня взглянула.
  Но у нее не было времени даже что-то сказать мне.
  Да и кто я для нее?
  И кто она для меня?
  Никто...
  Руки Сильвии летали.
  Ножки жали на педальки.
  Голосом лейтенантка жухрайских войск Сильвия отдавала приказы.
  Спрашивала.
  "Пятая?"
  "Да, командирша.
  Пока держусь".
  "Умничка, пятая, - Сильвия смахнула голограмму тревоги.
  Красная тревога окрасилась синим.
  Сильвия дала указание компьютеру.
  Потом снова опрос подчиненных. - Ксения?"
  "Я ранена".
  "В лазарет?"
  "После.
  Дотерплю".
  "Держись, Ксения", - холодно.
  Без поддержки.
  Нет времени на успокаивания.
  "Контора!
  Конторские!
  Почему молчание?
  Экран погас".
  "Госпожа лейтенантка.
  Пробоина, - послышалось шипение вдалеке. - Движок накрылся.
  Восстанавливаю".
  "Умница, Паулина".
  И так дальше.
  Казалось, что Сильвия справляется.
  Что все наладится.
  Но...
  Раненые космолеты нужно добивать.
  И наш имперский космофрегат добивал.
  Бил почти в упор.
  По беспомощному жухрайскому космолету.
  "Софья-Аннета, - лейтенантка жухрайка Сильвия скомандовала. - Отходим".
  "Госпожа лейтенантка Сильвия, - невидимая Софья-Аннета откликнулась.
  Голос безразличный. - Но у нас приказ.
  Стоять до последнего".
  "Здесь я - приказ, - Сильвия уже кричала. - Нечем стоять.
  Нашим мы не поможем.
  Процессор выведен из строя.
  Мы превратились в мишень.
  Боевой расчет.
  Слушай мой приказ.
  Отходим".
  "Госпожа...
  Лейтенантка Сильвия, - Софья-Аннета.
  Ее голос на надрыве. - Мы не можем уйти".
  "Софья-Аннета, - командирша что-то прочитала в голосе своей подчиненной.
  Поэтому не закричала.
  Она знала своих очень хорошо. - Почему?
  Почему мы не можем?"
  Наступила воющая тишина.
  Все на борту замерли.
  "Гиперионы не отвечают, - Софья-Аннета зарыдала. - Попространственный не работает.
  Компьютер завис".
  "А второй движок? - в голосе Сильвии появилась усталость. - Второй бис?"
  "Прямое попадание.
  В него.
  Нет большего Второго бис".
  "Ручная тяга?" - Сильвия сражалась за космофрегат.
  За своих сражалась.
  И за меня тоже...
  "На ручной?
  Мы бы ушли.
  На механике.
  Но.
  Нам не дадут уйти".
  
  КОГДА НЕ ДАЮТ, ТО НИЧЕГО НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ.
  
  "Маршевый правый запуск", - командирша Сильвия сказала.
  Сказала и сделала.
  "Маршевый правый на трех процентах мощности".
  И тут же раздалось истошное.
  "По левой триангуляции торпеда.
  Антипозитронная.
  Время подлета - семьдесят три секунды.
  Семьдесят две.
  Семьдесят одна".
  Жухрайки замерли.
  Я видела побледневшее лицо сержантки.
  А имени ее не знаю.
  И никогда не узнаю.
  "Ну, вот!
  Долетались, - лейтенантка жухрайка командирша Сильвия откинулась в кресле.
  Внезапно поймала мою ладонь.
  Крепко ее сжала. - Прости, подруга...
  Мы не успеваем.
  От торпеды не уйдем.
  От судьбы не уйдем.
  Прости за то...
  Что втянула тебя".
  
  "Отпусти, - я завопила.
  Выдернула руку. - Рванулась к щитку. - Где?
  Где эта чертова кнопка?
  Красная кнопка..."
  Я видела Сильвию.
  Она поднималась из кресла.
  На лице недоверие.
  Взгляд направлен на...
  Я успела первая.
  Табличка:
  "В случае провала.
  Уничтожить космофрегат.
  Для взрыва:
  Выдернуть шнур.
  Выдавить стекло".
  Я зарычала.
  Не увидела шнура.
  Кулачком разбила стекло.
  Брызнуло алым.
  А не поняла сразу.
  Не узнала свою кровь.
  Белела оголённая кость.
  Я вжала кнопку:
  "Будь, что будет!"
  
  ТО, ЧТО БУДЕТ, ОНО И БУДЕТ.
  
  И наступила гробовая тишина.
  Погасли все огни на космофрегате.
  Даже не было обратного отсчета.
  Отсчета до попадания торпеды.
  Все системы отключились.
  Зачем трудиться, если все будет уничтожено.
  Космофрегат сам себя подорвет.
  Мы стояли и...
  И любовались.
  "Красивое!" - лейтенантка Сильвия выразила общее мнение.
  
  Мы зачарованы.
  Мы очарованы!
  Космос дарит нам свое дыхание!
  Вдали вспышки.
  Они выглядят праздничным салютом.
  Какие-то несерьезные.
  Справа нависает Звездная система.
  Величественно выплывают протуберанцы.
  По нам перестали стрелять.
  Ведь наш космофрегат погас.
  Почти умер.
  И сейчас его добьет антипозитронная торпеда.
  Я чувствовала гордость...
  Гордость за наших.
  Они подбили очередной космолет жухраев!
  Нет!
  Так думают Имперцы.
  Мои имперцы!
  Торпеда не успеет долететь.
  Жухрайский космолет взорвется.
  Сам себя подорвет.
  Игра со смертью.
  Кто быстрее умрет.
  Кто быстрее убьет.
  В то же время кольнуло.
  Кольнуло чувство сожаления.
  Я подумала:
  "Зачем было тратить торпеду?
  Антипозитронная стоит дорого.
  Наши имперцы могли бы добить жухрайский космолет плазмой.
  По иронии судьбы в жухрайском космолете я..."
  Торпеда приближалась.
  Точка переросла в шар.
  От торпеды расходились радужные волны.
  Волны каонного возмущения.
  Все ближе!
  Ближе и ближе!
  И...
  Удар!
  Толчок.
  "Почему торпеда успела быстрее?
  Почему жухрайский космолет не самоликвидировался?
  Как было заложено.
  Я что?
  Зря кнопку уничтожения космолета нажимала?"
  Только сейчас я почувствовала боль.
  Боль в ободранной руке.
  Затем боль ворвалась в сердце.
  И разлетелись по всем клеточкам.
  По клеточкам моего красивого тела...
  Меня вывернуло.
  Кажется, мы прошли через комплексный туннель.
  
  ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ ВО ВСЕХ СМЫСЛАХ.
  
  Я лежала на полу.
  Сильвия сидела в кресле.
  В своем кресле командирши.
  Голос ее спокойный.
  Деревянно спокойный.
  "Пятая?"
  "Все отказало".
  "Нормально, - лейтенантка Сильвия проверяла боевые расчеты. - Что с маршевым?"
  "Осмелюсь доложить, госпожа лейтенантка.
  Маршевый накрылся.
  Не работает".
  "Ну, это нормально.
  Сейчас нормально.
  Анфиса?"
  "Осмелюсь доложить...
  Горит компенсационная система.
  Задымленность в красной зоне".
  "Уходи оттуда.
  Задрай отсек.
  Это нормально".
  Сильвия выслушала отчеты.
  Я так поняла, что космофрегат небоеспособный.
  "Команда! - Сильвия поднялась. - Скоро будем на базе.
  Нас подтянут по квадро лучу.
  В живом составе потерь нет. - Сильвия подошла ко мне.
  Присела на корточки. - Подруга!
  Расскажи, что произошло.
  Почему ты решила уничтожить космолет?
  Экипаж!
  Внимание!"
  "Йа!
  Я... - Я привстала.
  Видела бездну нежности в глазах Сильвии.
  Нежность.
  Боль.
  И бескрайняя благодарность... - На наших.
  На Имперских космолетах.
  Тоже есть красные кнопки.
  Тревожные кнопки.
  Кнопки ликвидации космолета.
  Чтобы не достался врагу.
  То есть вам...
  Жухраям.
  На некоторых из космолетов взрыва не будет.
  Командир решит подорвать корабль.
  Героически подорвать.
  Когда окружили враги...
  Нажимает на кнопку.
  И...
  Тут награда героям!
  В некоторых случаях кнопка работает, как перезагрузка.
  Перезагрузка системы космолета.
  С выбросом космолета в комплексное подпространство.
  Аварийный выброс.
  Затем космолет доставляется на ближайшую базу.
  Кнопка - как лотерея.
  Либо взрыв.
  Либо уход.
  Почему на всех космолетах не ставят экстренную эвакуацию?
  Потому что ее не ставят...
  Тогда экипаж - при малейшей опасности - будет покидать битву.
  Не каждый экипаж.
  Но...
  Я подумала...
  Вдруг, и у вас, у жухраев...
  Также...
  Поэтому попыталась".
  "Но ты могла нас взорвать..."
  "Либо я.
  Либо антипозитронная ракета, - я пожала плечами. - Нет разницы..."
  
  "Ты спасла наш космолет, - жухрайка Сильвия подала мне руку. - Я не имею права объявлять тебе благодарность от имени нашего жухрайского командования.
  Но...
  Я объявляю тебе благодарность.
  От членов экипажа нашего космофрегата.
  Возражения будут?" - Сильвия сделала паузу.
  "Какие возражения? - Софья-Аннета подбежала ко мне.
  Обняла.
  Расцеловала. - Ты спасла.
  Спасла наши жизни.
  Спасла наш космофрегат.
  Спасла нашу честь!"
  Другие жухрайки гулом восторженных голосов.
  Подтвердили слова Софьи-Аннеты.
  
  "И еще, - лейтенантка Сильвия пригладила волосы. - От своего лица...
  Попрошу...
  На борту нет посторонних.
  Моей...
  Моей подруги...
  Здесь не было.
  И нет. - Сильвия сделала паузу. - Так.
  Возражений нет.
  Можете отдыхать".
  Сильвия взяла меня за руку.
  Не постеснялась.
  Не побоялась мнения подчиненных.
  Мне было неловко.
  Но я не убрала руку.
  Тогда бы я уронила авторитет командирши жухраек.
  Мы пришли в каюту Сильвия.
  Щелкнул голографический замок.
  
  "Я должна была извиниться, - Сильвия устало присела на кровать. - Перед своим экипажем.
  Ты...
  Чужая на борту.
  Приняла решение.
  Решение командирши.
  И спасла нас".
  "Я.
  Йа не чужая на борту, - я проблеяла. - Ты же назвала меня своей подругой".
  "Присаживайся, подруга! - Сильвия похлопала ладошкой рядом с собой.
  Засмеялась. - Боевая подруга".
  "Я предана Империи!
  Своей Империи!"
  "Плевать.
  Плевать на все Империи". - Сильвия неожиданно заявила.
  "Чтооо?
  Я этого не слышала".
  "А я этого не говорила", - Сильвия снова засмеялась.
  "Удивительно.
  Удивительно жить.
  Когда уже, кажется умерла".
  "Очень.
  Очень вероятно.
  А мне кажется, что я умерла.
  Теперь возрождаюсь.
  Только не могу понять.
  Почему все так плохо пошло?"
  "Мы живы.
  И это хорошо".
  "Хорошо ли? - Сильвия улыбнулась.
  Краешками губ улыбнулась. - Может быть, для имперцев было бы лучше.
  Если бы мы...
  Погибли.
  Даже - без может быть.
  Война идет".
  "Не хочу.
  Не хочу об этом говорить", - я начала дрожать.
  Сделала многозначительную паузу.
  
  НЕ ХОЧЕШЬ ГОВОРИТЬ - ЗАСТАВИМ, НЕ ЗАХОТИМ ЗАСТАВЛЯТЬ - НЕ БУДЕШЬ ГОВОРИТЬ.
  
  "Скажи, милая, - Сильвия обрабатывала раны на моей руке. - Ты всегда разбиваешь стекло рукой?"
  "Ага! - Я приняла шутку. - Каждый раз...
  Каждый раз, когда летаю на жухрайском военном космолете.
  И нас обстреливают мои имперцы.
  Я каждый раз разбиваю стекло кулаком".
  "До свадьбы заживет, - Сильвия засмеялась.
  Ее смех был удивительно звонким. - Я очень тебе признательна.
  Мои девочки все благодарны.
  Ты - замечательная.
  Ты - гениальная.
  С тобой безопасно.
  Но ты можешь быть..."
   "Безрассудная?
  Я могу быть безрассудной".
  "Очень.
  Ты очень безрассудная".
  "А ты, Сильвия, требовательна к себе.
  Сильвия?"
  "Дааа".
  "Торпеда летела.
  Смерть была неминуемая.
  Ты сжала мою ладонь.
  И не отпускала.
  Что это было?"
  
  "Йа.
  Я... - Сильвия мотала очаровательной головкой.
  Не знала, что ответить.
  Или знала.
  Но не знала, как поднести мне.
  И вместо ответа...
  Зарыдала.
  Обнимала меня.
  Целовала: - Прости!
  Прости!!
  Прости!!!"
  
  Через пять часов мы обедали.
  Вдвоем.
  В каюте.
  "Сильвия!
  Ты успокоилась уже.
  Я же...
  Напряжена".
  "Мне показалось...
  Что ты расслабилась..."
  "Йа..." - Я пробормотала что-то.
  Что-то нечленораздельное сказала.
  "А все-таки, я - отличная командирша! - Сильвия развеселилась. - Я выбрала тебя.
  Пригласила на свой космолет.
  Идеальный выбор!
  Ты - оказалась нашим талисманом.
  Подарила всем нам жизнь".
  "Всем вам жизнь подарила не я.
  Матери вам жизнь подарили.
  Матери.
  Или пробирочки.
  С колбами.
  И еще.
  Неизвестно, кто кого выбрал!"
  "Да?"
  "Очень да.
  Мы скоро прилетим.
  На вашу базу.
  На жухрайскую".
  "И?
  Я тебя не выдам.
  Мои девочки тебя тоже не выдадут".
  "Сильвия.
  Возьми отпуск?"
  "Чтооо?"
  "У тебя нервный срыв.
  У меня тоже.
  Я хочу домой.
  Отвези меня домой".
  "Домой? - Сильвия рассматривала свои руки. - Я возьму отпуск".
  "Не грусти, - я обняла новую подружку. - Все не кончено.
  Все только начинается.
  Мы что-нибудь придумаем".
  "А нужно придумывать?
  Почему мы должны все время придумывать.
  Мы - девушки.
  Пусть за нас придумывают".
  
  Сильвия взяла отпуск.
  Все равно ее космофрегат находится в ремонте.
  В длительном ремонте.
  Экипаж тоже отправился отдыхать.
  Я же захотела посетить свою мать.
  Сильвия согласилась меня сопровождать.
  Под видом...
  Под видом империйки.
  Опасная затея.
  Но и я была среди жухраек.
  Никто меня не разоблачил.
  У космических пиратов мы арендовали космокатер.
  По пиратским подпространственным тоннелям проникли в Империю!
  В мою родную Империю.
  Вскоре я обнимала маму.
  Радость ее невозможно выразить.
  Если это была радость.
  Мама обняла меня.
  Обняла и Сильвию.
  Назвала ее обворожительной красоткой.
  "Благодарю Императора! - Мама воздела руки к небу. - У моей дочки появилась подруга.
  Настоящая боевая подруга!"
  "Почему боевая?" - жухрайская лейтенантка Сильвия насторожилась.
  Она находилась на вражеской территории.
  На моей территории.
  В Империи.
  "Я в молодости служила.
  В Имперской военной канцелярии, - мама погрозила Сильвии пальцем. - Военного видно по выправке.
  А ты, Сильвия, судя по стати...
  По походке...
  Наверно, не ниже лейтенантки.
  Хотя в твоем возрасте еще рано.
  Но бывают исключения.
  Признавайся!
  Ты - лейтенантка".
  "Вы угадали...
  Мадам..." - Сильвия пропищала.
  Отвернулась.
  Знала бы моя мама.
  Да.
  Сильвия лейтенантка.
  Но вражеская лейтенантка.
  Жухрайская лейтенантка.
  "Мой глаз не подведет! - мама с гордостью посмотрела на меня. - Доченька!
  У тебя подружка - лейтенантка.
  Гордись".
  "Очень.
  Дальше некуда", - я проблеяла.
  Разговор становился скользким.
  И тут мамочка ляпнула.
  Вернее...
  Не ляпнула.
  А выразила свои Имперские чувства:
  "Слава Императору!"
  "Слава Императору!" - я заморозилась.
  
  Сильвия должна тоже сказать - Слава Императору!
  Обязана!
  Но она этого не сделает.
  Потому что у жухраев другой Император.
  Сильвия не может славить чужого Императора.
  Это - сразу измена.
  Предательство.
  Перебежчица...
  Но Сильвия выкрутилась:
  "Слава...
  Нашему Императору!" - Сильвия проблеяла.
  Вот и понимай, как хочешь.
  Чьему Императору каждая славу воздала...
  
  ИМПЕРАТОР У НАС ОДИН, НО У КАЖДОГО ОН СВОЙ.
  
  За обедом мама подмигивала Сильвии.
  Задавала ненужные вопросы.
  "Сильвия!
  Значит, ты никогда не выйдешь замуж?"
  "Сомневаюсь", - Сильвия посмотрела на меня.
  Словно я знала ответ.
  Ответ за нее.
  "Думаю, что господа офицеры не захотят, - мама продолжала натиск. - Господа офицеры не захотят смириться.
  Смириться с тем, что их жена офицерша. - Мамочка подзадоривала. - Я думаю, что тобой все интересуются.
  Ты же - красавица!"
  "Но и ваша дочь... - Щечки Сильвии порозовели. - Тоже красавица.
  Даже прекраснее, чем я".
  "Моя дочь?" - Мама взглянула на меня.
  Словно проверяла - осталась ли я ее дочерью.
  Ничего мама не сказала.
  Лишь махнула рукой.
  Типа я - безнадежная.
  
  НЕ МАХАЙТЕ РУКАМИ НА ДЕВУШЕК.
  
  "Сильвия! - Моя мамочка интересовалась только моей подружкой. - Разве за тобой не охотятся?"
  "Кто охотится?" - Сильвия насторожилась.
  Я замерла.
  "Женихи.
  Генералы.
  Космоадмиралы.
  Охотятся за тобой?
  Ты - лакомый кусочек.
  Прекрасная!
  Перспективная!
  Каждый космоадмирал готов броситься в твои объятия".
  "Может быть, - Сильвия отвешивала слова. - Может быть, космоадмиралы готовы.
  Броситься.
  В мои объятия.
  Только я объятия не распахиваю".
  "Правильно, лейтенантка! - мама и тут похвалила Сильвию. - При твоих достоинствах.
  Ты должна быть придирчива с женихами.
  Особо не затягивай.
  Но и...
  Каждого встречного и поперечного космогенерала не одаривай своей любовью.
  Я познакомлю тебя со вдовыми космоадмиралами.
  Их много у меня в знакомых.
  Недавно меня пытались свести.
  Свести с молодым космогенералом Шляхтичем.
  Подстроили так, что я оказалась с ним в одном бассейне.
  Но я отказала ему.
  Ведь прошла только неделя.
  Неделя, как умерла его жена".
  "Значит, ты отвергаешь молодых космогенералов?" - Сильвия подмигнула.
  Подмигнула моей маме.
  
  ГЕНЕРАЛОВ ДЕВУШКИ НЕ ИМЕЮТ ПРАВА ОТВЕРГАТЬ.
  
  Моя мама поднялась.
  Подошла к Сильвии.
  Опустила левую руку на ее плечо:
  "Нет.
  Я не отвергаю молодых космогенералов.
  Я только сказала, что отвергаю подлецов.
  Может быть, я возьму его в мужья.
  Счастье, когда мужчина может...
  Может подвергаться плотским грехам". - В голосе моей мамы звучали серебряные колокольчики.
  Сильвия неожиданно испугалась.
  Она отвернулась от моей мамы.
  Взглянула в окно:
  "Удачно стоит ваш дом, - Сильвия пробормотала. - Рядом водопад.
  Водопад шумит.
  Но вода смывает грехи.
  Вода дает энергию".
  "Я каждый день заряжаюсь от этого водопада".
  "Купаетесь?
  В бурлящей воде?" - Сильвия удивилась.
  "Купаюсь!
  И доченька моя купалась.
  Раньше". - Все же мама решила называть меня дочкой.
  А не "эта".
  
  "Я хочу! - Сильвия встала из-за стола.
  Обошла мою маму.
  Подошла ко мне. - Я умираю.
  Умираю от любопытства.
  Я хочу водопад".
  Сильвия опустила руки на мои плечи.
  Ее руки нежные.
  Тонкие.
  Горячие.
  В то же время руки сильные
  Я замерла.
  "Милая!
  Пойдем!
  Покажешь.
  Покажешь, где в водопаде безопасно купаться".
  Сильвия наклонилась.
  Я ощутила на лице ее теплое дыхание.
  "Водопад?
  Вода ледяная". - Мой голос сорвался.
  "Мы ее подогреем, - Сильвия пошутила.
  И добавила.
  Добавила для тех, кто не понял шутку. - Подогреем ледяную воду".
  "Я покажу", - я не смотрела на Сильвию
  Не смотрела на маму.
  Мама с любопытством на нас смотрела.
  Зато напутствовала:
  "Искупайтесь, девочки.
  Купание в водопаде, похоже...
  Похоже на...
  Будто бы тебя целует прославленный космомаршал с седыми усами.
  Разве вы не об этом мечтаете?
  
  ПОЦЕЛУЙ МАРШАЛА ДЛИТСЯ, КАК СТО ДНЕЙ ДО ПРИКАЗА.
  
  "Нет!" - Я и Сильвия ответили одновременно.
  Переглянулись.
  Засмеялись.
  И побежали к водопаду.
  
  Блаженство.
  Два дня я и Сильвия были счастливейшими.
  Счастливейшими двумя во Вселенной.
  На третий день за завтраком грянул гром.
  "Сильвия?
  В каком полку ты служила?" - Моя мама отложила газету.
  "Я?
  Йа...
  Я служила в прославленном полку!" - Сильвия с силой сжала вилку.
  "Номер части?
  Командир батальона?
  Начальник штаба округа?" - Моя мама допрашивала.
  "Командир батальона?
  Номер части?
  Кто у нас начальник штаба? - Сильвия собралась.
  Ее голос звучал резко.
  Она смотрела в глаза моей мамы. - Мадам Венера.
  Ты же сама служила.
  В штабе округа.
  В молодости.
  По крайней мере, так говорила, мадам...
  И прекрасно знаешь.
  Те вопросы, которые ты задала мне...
  Эти вопросы о секретном.
  Где служишь.
  В каком полку.
  Номер части.
  Командир батальона.
  Начальник штаба округа.
  Все это - сверхсекретное.
  Военная тайна.
  И у меня закономерный вопрос.
  Мадам Венера.
  Ты - жухрайская шпионка?" - Глаза Сильвии сузились.
  "Вот так припечатала, - я мысленно ахнула. - Сильвия показала, кто в доме командир.
  Не только вывернулась.
  Не только ушла от гадкого вопроса.
  Но и мою маму сделала виноватой"
  "Йа? - Мамочка побледнела. - Я?
  Я жухрайских шпионов сразу разоблачала.
  От меня жухраи не скроются.
  Я не жухрайская шпионка.
  Разве не видно?"
  
  ШПИОНА ВИДНО ИЗДАЛЕКА, ОН В МОХНАТОЙ ШАПКЕ.
  
  "Не видно, - Сильвия цедила сквозь зубы. - Мадам Венера.
  Ты флиртовала с молодым космогенералом.
  Космогенерал Шляхтич.
  И бросила его.
  Что очень странно.
  Генералов на дороге не бросают.
  Особенно - в бассейне.
  В бассейне генералов не оставляют.
  Ты выведала у него военные тайны?
  Передала жухраям.
  Генерала Шляхтича убила.
  Вместо него внедрила клона.
  Только так...
  Только так подумают в Имперской канцелярии.
  И под пытками ты сдашься...
  Сдашься мадам Венера".
  "Ой! - Моя мама бледная.
  Бледная, как...
  Бледная, как бленд. - Я хотела допросить тебя...
  Сильвия!
  А ты допросила меня.
  Прости!
  Я начала сомневаться в тебе.
  Но теперь вижу...
  Вижу, что ты настоящая Империйка.
  Не жухрайская шпионка".
  
  ЗНАТЬ, ВИДЕТЬ, НЕНАВИДЕТЬ, ГНАТЬ.
  
  "Только из уважения к твоей дочери, - Сильвия произнесла тихо.
  Но от этой тишины у меня мурашки по спине побежали. - Только из-за уважения...
  Я не донесу на тебя в Тайную Имперскую Канцелярию".
  Сильвия удалилась в спальню.
  В нашу с ней спальню.
  "Ах, мама, мама! - Я заламывала руки. - Ты нас под расстрел подведешь".
  Я побежала за Сильвией.
  Тщательно закрыла дверь в спальню.
  Приложила палец к губам.
  Глазами.
  Всем видом показывала - пока молчи.
  Через минуту я резко распахнула дверь.
  Я угадала.
  "Мама!
  Ты подслушиваешь под дверью?
  Подсматриваешь в щелочку.
  Сильвия тебя пожалела.
  А ты шпионишь.
  Шпионишь за нашей лейтенанткой".
  Я подумала:
  "Жестоко?
  Да.
  Жестоко и жестко.
  Но так надо было.
  Если бы мамочка побежала в Тайную Канцелярию.
  То досталось бы всем.
  Нам всем.
  Даже мамочке..."
  
  КОГДА ТОБОЙ ИНТЕРЕСУЮТСЯ, НАДО УБЕГАТЬ.
  
  "Я прочитала в газете, - мама облизнула губы. - Нашли след.
  В подпространстве Каонных Звезд.
  След ведет от жухрайских Галактик.
  Через подмостки космопиратов.
  Двух космопиратов поймали.
  Они под пытками сознались.
  Сознались, что перевозили двух девушек.
  Из жухрайской стороны.
  В Империю.
  Вот я и подумала..."
  "Мама! - Я обняла маму. - Мамочка!
  Под пытками любой сознается.
  Даже ты сознаешься.
  Сознаешься, что перевозила двух девушек.
  И сама признаешься.
  Под пытками.
  Что ты - жухрайская шпионка.
  Что хочет узнать палач, то ему под пытками и скажут".
  "За вас я спокойна!" - Мама направилась к водопаду.
  
  ВОДОПАД СНАЧАЛА БЕРЕТ, А ПОТОМ ОТДАЕТ.
  
  "Надо бежать, - Сильвия в волнении ходила по комнате. - Бежать!
  Бежать. - Остановилась около меня. - Вместе убежим?"
  "Подожди, Сильвия, - я села на кровать. - Не все так просто".
  "Тыыы...
  Не не хочешь".
  "Я говорю, что не просто сбежать.
  Во-первых, некуда нам бежать.
  Пока некуда.
  Нужно подготовиться.
  Найдем планету.
  Вопрос.
  Обитаемая нам нужна?
  Или дикая?
  Во-вторых.
  Ищут двух девушек.
  Поэтому нас двоих поймают.
  Мама донесет..."
  "Я полечу одна, - Сильвия сжала кулачки. - Потом вернусь.
  За тобой!".
  
  ДВА РАЗА НЕ БЕГАЮТ.
  
  "Сильвия!
  Если ты улетишь...
  Моя мама поймет, что ты - шпионка...
  Для нее ты шпионка.
  Жухрайская.
  Для меня просто жухрайка Сильвия..."
  "Я - просто для тебя?"
  "Не придирайся к словам, - я махнула рукой. - Решено.
  Я полечу.
  Полечу одна.
  Тогда моя мама не заподозрит.
  Ты же с ней останешься.
  На время останешься.
  Заодно, и проследишь за моей мамой.
  Я же...
  Слетаю к подружкам.
  На ту мусорную планету.
  Может быть, они что-нибудь подскажут".
  "Интересный ход, - Сильвия покачала миленькой головкой.
  Взглянула в окно.
  На водопад посмотрела. - Мадам Венера обычно долго купается?"
  "Примерно час".
  "Тогда у нас есть время.
  Время для прощания". - Сильвия протянула ко мне руки.
  
  ИНОГДА РУКИ ПОКАЖУТ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ГЛАЗА.
  
  Через час я отправилась в путь.
  "Проверки участились, - на приемном пункте я показывала свои документы. - Мама не обманула.
  Нас ищут".
  Все же я добралась до Планеты брошенных космолетов.
  Мои подруги в цитадели обрадовались.
  Приняли меня с восторгом.
  Угощали.
  Расспрашивали.
  Я отвечала сдержано.
  Выведывала...
  Знают ли они какое-нибудь райское местечко?
  Райское местечко, но не здесь.
  Мы прекрасно проводили время.
  Но все время я думала о Сильвии.
  Как она там?
  Не сдала ли ее моя мама?
  
  Тем временем Сильвия немного освоилась.
  Даже заинтересовалась баней.
  "Общественная баня? - Сильвия утром разговаривала с моей мамой. - Любопытно.
  Я бы хотела сходить в эту баню".
  "В нашей бане собираются самые самые, - мама моя одобрила интерес Сильвии. - Сливки женского общества.
  
  ГДЕ ЖЕ ЕЩЕ СЛИВКАМ СОБИРАТЬСЯ, ЕСЛИ НЕ В БАНЕ...
  
  Тебе там место.
  Ведь ты - лейтенантка.
  Лейтенантка уже".
  Моя мама проводила Сильвию в баню.
  Сильвия в бане поверила словам моей мамы.
  "Да.
  Знаменитейшие дамы Местного Скопления Галактик.
  А также и подруги высших чиновников.
  Чиновников, которые оказались в этом секторе Префектуры".
  Сильвией тоже заинтересовались.
  Заинтересовались подруги из свиты Космоадмирала Лифшица.
  "Мы поражены, - дамы осматривали Сильвию. - Ты сверхъестественно красивая.
  Какой-то дальней красотой!"
  "Еще бы!
  Ведь я - жухрайка!" - Сильвия молча ответила.
  Некоторые...
  Не насытились взглядами.
  Они осматривали Сильвию руками.
  Нашлись и те, которые проводили ее до дома.
  И звали в гости.
  Космоадмирал Лифшиц долго ждал своих подруг.
  Боевых подруг.
  Они пришли.
  Космоадмирал Лифшиц начал изливать.
  Изливал на подруг.
  Изливал свое неудовольствие:
  "Где вы пропадали?
  Вы долго.
  Я хочу узнать причину".
  Подруги тут же рассказали.
  В красках своему покровителю показали.
  Жестами.
  Танцами.
  Мимикой.
  Они рассказали, что видели в бане красавицу.
  Красавица сверхъестественно прекрасная.
  Космоадмирал Лифшиц услышал удивительные отзывы о прелести Сильвии.
  Возымел сильнейшее желание.
  Желание ее увидеть.
  И с ротой космодесантников прислал приглашение в ее дом.
  То есть в дом моей матери.
  
  ЕСЛИ АДМИРАЛ ХОЧЕТ, ТО ВСЕ ХОТЯТ.
  
  Моя мама отправилась на аудиенцию.
  Космоадмирал Лифшиц ее принял.
  Милостиво принял.
  Моя мама тоже красавица...
  Затем космоадмирал размяк
  И сказал:
  "Мои подруги...
  Хм...
  Ты теперь тоже моя подруга...
  Венера.
  Мне донесли, что у тебя в доме скрывается сверхъестественная красавица.
  Ее превозносят, как диву красоты.
  Желаю видеть Сильвию.
  Приказываю ее привести.
  Ко мне привести".
  "Не осмелюсь противоречить, - моя мама преклонила голову.
  С почтительностью преклонила. - Приказ есть приказ.
  Я тоже раньше...
  Служила я.
  Я обещаю.
  Я исполню твой приказ, космоадмирал Лифшиц". - Моя мама поспешила домой.
  Сильвия не обрадовалась приглашению.
  Ведь ее приглашал Имперский космоадмирал.
  А она - жухрайка.
  Жухрайская командирша лейтенантка она...
  Но...
  В чужой Империи играют по чужим правилам.
  Сильвия надела легкое платьице.
  Летнее платьице.
  Беленькое.
  С голубенькими вышитыми цветочками платьице.
  С моей мамой прилетели.
  Прилетели в штаб округа бригады.
  Они вошли в штаб.
  Все штабные сразу на них уставились.
  Космоадмирал был ослеплен прелестями Сильвии.
  Он не выдержал.
  И вскричал:
  "В Какой Системе Галактик могла родиться столь Вселенская красота?
  И вопрос второй.
  Много вас там?
  Тебе подобных?
  Красавиц?"
  Сильвия мудро не ответила.
  Что бы она сказала?
  Что она - жухрайка...
  Космоадмирал пригласил ее в свой блиндаж.
  Приказал принести для нее лучшие сухпайки.
  Командирские сухпайки.
  Он расхваливал прелести Сильвии.
  Ее гордую военную выправку.
  Сильвия врала и врала.
  Лгала космоадмиралу.
  Не боялась.
  Ведь он для нее - вражеский космоадмирал...
  Космоадмирал боевой.
  Перешел к действиям:
  "У тебя чудесное платье, - космоадмирал Лифшиц постарался стащить платье с Сильвии. - Я хочу подержать его в руках.
  Отдельно от тебя.
  Твое платье - твое оружие!"
  "Если ты считаешь, что мое платье - мое оружие, - Сильвия не поддавалась, - то восхитишься моим полетам.
  Я на космофрегате так могу завернуть.
  Что ты слюной захлебнешься.
  Если хочешь...
  Хочешь удовлетворить...
  Удовлетворить свое любопытство.
  Прикажи!
  Пусть мне подадут лучший космофрегат.
  Твой адмиральский космофрегат!
  Тогда - да!
  Ты увидишь зрелище!
  Я в легоньком платье.
  На космофрегате вытворяю.
  Кульбиты всяческие вытворяю.
  Хотя не знаю, значения этого слова "кульбиты".
  
  ЗАЧЕМ ГОВОРИТЬ "КУЛЬБИТЫ", ЕСЛИ НЕ ЗНАЕШЬ, ЧТО ЭТО.
  
  "Покажи!
  Покажи эти.
  Кульбиты покажи!
  Покажи, как ты на космофрегате!" - адмирал Лифшиц попался.
  Попался на хитрость Сильвии.
  Приказал подогнать свой космофрегат.
  Адмиральский космофрегат.
  Охрана космоадмирала Лившица затрепетала.
  Полк охраны вспомнил Устав Охраны Боевых Космоадмиралов и Космогенералов.
  Но не осмелились оспаривать приказ космоадмирала Лифшица.
  Отправились в ангар.
  И пригнали космофрегат.
  Сильвия долго его рассматривала.
  Удивлялась системе обнаружения на борту.
  Затем подмигнула Лифшицу.
  Глаза космоадмирала заслезились.
  Глаза слезятся от радости.
  От горя глаза рыдают.
  Сильвия взяла власть над бортовым компьютером.
  Поторопилась.
  Чтобы ее не задержали.
  И...
  На космофрегате нырнула в подпространство.
  Час космоадмирал Лифшиц ждал.
  Все штабные удивлялись.
  Думали, что Сильвия разгоняет космофрегат.
  Счас как появится.
  Как кульбитнет.
  Платье ее на голову задерется.
  Но...
  По секретной выделенной линии пришло сообщение.
  Сообщение от Сильвии.
  В штаб местного Космического округа:
  "Мадам Венера! - Сильвия вещала из очередного подпространственного туннеля. - Ты оказалась права.
  Твой глаз - алмаз.
  
  ЕСЛИ ГЛАЗ - АЛМАЗ, ТО ЕГО НУЖНО ВЫКОВЫРЯТЬ И ПРОДАТЬ.
  
  Я - жухрайка.
  Но я не шпионка.
  Я прилетела в гости.
  Я - лейтенантка жухрайской Империи.
  Командирша боевого космофрегата.
  Передай свой дочке.
  Моей подруге.
  Я не перестану ее... уважать.
  Но непреодолимое желание сбежать из вашей Империи...
  Это желание гонит меня прочь.
  Поэтому я оставляю ее.
  Если твоя дочь меня... уважает.
  Также уважает, как я ее... уважаю...
  То пусть ищет меня в Приграничных темных материях".
  На этом связь пропала.
  Связь пропала не потому, что Сильвия ее отключила.
  Связь нарушили камезонные помехи дефективного подпространства.
  Космоадмирал Лифшиц взвыл.
  Он понял...
  Его карьере пришел конец.
  Ведь он увлекся.
  Отдал свой адмиральский навороченный космофрегат.
  И кому отдал?
  Жухрайке лейтенантке отдал.
  Космоадмиральскому горю не было предела.
  Он не скрывал свое горе.
  Бродил по улицам.
  Жаловался на мою мать.
  Считал ее виновницей.
  Виновницей своего неблагополучия считал.
  Мою мать.
  В это время я была со своими подругами.
  Но посреди обильных угощений.
  Посреди сердечных угощений я думала.
  Думала о Сильвии.
  И желала быть с ней.
  Я ускорила свой отлет.
  Распрощалась с подругами.
  Отправилась домой.
  
  ТУДА-СЮДА, А ТОЛКУ НЕТ.
  
  Я нашла маму на танцплощадке.
  Мама танцевала с гармошкой.
  Все проливали слезы.
  Настолько жалостливая была музыка.
  А мама смеялась.
  Она получила гармошку в подарок.
  Подарок от Космоадмирала Лифшиц.
  "Что приключилось?
  Мать!
  Где моя подруга Сильвия?" - Я отобрала у мамы гармошку.
  Музыка смолкла.
  Мама перестала смеяться.
  Гости перестали плакать.
  Все набросились на меня.
  Проклинали.
  Проклинали за то, что я остановила музыку.
  "Что приключилось? - Мама подняла гармошку.
  Угрожала гармошкой мне. - Ты спрашиваешь меня?
  Ты, та, которая называлась моей дочкой.
  А теперь тебе имя Пособница Жухрайской Шпионке".
  "Что-то слишком длинное имя для меня", - я попятилась назад.
  "Ничем!
  Слышишь, дочка.
  Ничем нельзя унять мое горе.
  Твоя подружка Сильвия убежала.
  Украла космолет космоадмирала Лифшица.
  И скрылась.
  А ты..."
  "Приди в себя, мама.
  
  ГАРМОШКОЙ СИТУАЦИЮ НЕ СПАСЕШЬ.
  
  Если Сильвия открылась.
  Если она улетела.
  То ее разоблачили.
  Кто-то ей насолил.
  Кто бы это мог быть?
  А, мамочка?
  Что сказала Сильвия?
  Она должна была что-то передать.
  Мне передать". - Я кусала губы.
  
  "Твоя жухрайская шпионка..."
  "Моя подруга..."
  "Твоя жухрайка сказала, - мама сузила глаза. - Что, если ты...
  Если ты ее уважаешь.
  То найдешь.
  В Приграничных темных материях".
  "И что, мама?
  Космополицейские уже отправились в Приграничные темные материи?
  Ищут Сильвию?" - Я замерла.
  "С ума сошла?
  Кто же по своему уму полетит в Приграничные темные материи?
  Там космические пираты бесчинствуют.
  Там гравитационные ловушки.
  Там - черт ногу сломает".
  "Зато Сильвию там не найдут! - Я обрадовалась. - Не поймают.
  Не ваши.
  Не наши.
  Я улетаю искать свою подругу.
  Сильвию полетела искать".
  "Дочка?"
  "Да, мама.
  Кажется ты мне другое имя дала.
  Пособница Жухрайской Шпионке?"
  "Да, дочка.
  Ты - Пособница Жухрайской Шпионке.
  Именно об этом я думала.
  Но мне в голову не приходило.
  Я даже не догадывалась, что это произойдёт.
  И оно.
  Оно произошло.
  Не убеждай меня.
  Я не растаю.
  Звуки твоего голоса не растопят лед.
  Не растопят лед моего сердца.
  А раньше ты могла.
  Нежный твой голосок мог растопить айсберг.
  Айсберг, который в океане.
  Ты прилетала с Сильвией.
  Я могла воспринять вас, как отказ.
  Отказ от нормального.
  Вы думали.
  Вы думали, что прилетите.
  Приласкаете меня.
  Меня - дурочку.
  Я потеряю голову от радости.
  И разрешу вам жить у меня.
  Вы надеялись, что я размякну.
  Ваши золотистые глаза.
  Ваша молодость.
  Ваша свежесть.
  Шелковистые волосы.
  Идеальные фигуры.
  Так?
  Да, так!
  Но вы были несправедливы ко мне.
  Твоя подружка оказалась жухрайской шпионкой.
  Она страстно желала развалить нашу Империю".
  "Мама!
  Весь жухрайский космофлот.
  Вся жухрайская Империя не может развалить нас.
  А Сильвия - просто винтик.
  Винтик в боевой машине войны".
  "Сильвия - не винтик.
  Она - ракета.
  Я бы обняла тебя, дочка.
  Даже, если бы ты смеялась надо мной.
  Но ты меня оскорбила.
  Оскорбляешь и сейчас.
  Бросила мою гармошку.
  А гармошка именная.
  Не каждый день мне космоадмиралы гармошку дарят.
  И не каждый космоадмирал подарит гармошку.
  Я подсматривала за вами.
  За тобой и Сильвией.
  Мое любопытство разгоралось.
  Все было прекрасно.
  Но Сильвия повела себя отвратительно.
  Думаешь, я не знаю, что вы знали, что я наблюдала за вами.
  Я увидела.
  Увидела то, что мне не понравилось.
  Твоя жухрайка - самодовольная".
  "Мама...!"
  "Не спорь!
  
  НЕ СПОРЬ С МАТЕРЬЮ!
  
  Я удовлетворю твое любопытство.
  Я видела вас у водопада.
  Жухрайская шпионка прижала тебя к баобабу.
  Искусно развязывала бантики на твоем платье.
  Сначала один бантик.
  Потом - второй".
  "Мама!
  У меня на бантиках были узлы.
  Я сама не могла.
  Сильвия мне могла развязать завязки.
  Не купаться же мне в платье.
  Особенно, в водопаде".
  "Ты не сопротивлялась, дочка.
  Не дралась со шпионкой.
  Ты позволяла ей развязывать.
  А шпионка.
  Она решительно смотрела в твои глаза
  Я даже почувствовала, как колотится твоей сердце".
  "Ой, мама!
  Все ты выдумываешь.
  Придумываешь.
  В соответствии с твоими дурными мыслями".
  
  "Шпионке ты не сопротивлялась.
  Не дралась с ней.
  Но меня ругаешь.
  Я согласна терпеть.
  Терпеть тебя.
  Сколько угодно.
  Я не благородная.
  Но ты не сломишь меня, дочка.
  Сопротивление мое безгранично.
  Я властная.
  Мягкая для любящих.
  Но камень - для врагов.
  Космоадмирал Лифшиц.
  Он не устоял передо мной.
  Перед моими чарами.
  Не устоял.
  Я его целовала.
  Губы его раскрывались.
  Язык скользил в сладкую влажность рта".
  "Фу!
  Мама!
  Гадости!"
  "Нет, дочка.
  Не гадости были у меня.
  Гадости у тебя с твоей жухрайской шпионкой.
  Дружба с врагами - омерзительна.
  Я видела, как шпионка поднимает голову.
  Поднимает голову, когда ты приближаешься.
  Пристально на тебя смотрит.
  Вы, словно амебы.
  Тянулись друг к дружке".
  "Ты все выдумываешь, мама".
  "Ой, ли?
  Яростное отчаянье я тоже выдумала?
  Я понимаю в дружбе.
  Я дружу с космоадмиралом Лифшицем.
  Когда он прильнет.
  Прильнет губами к моим губам.
  Я начинаю бояться.
  Боюсь, что прекрасное исчезнет.
  И я не успею.
  Не успею насладиться.
  Поцелуи космоадмирала тяжелые.
  Липкие поцелуи.
  В лицо.
  В шею.
  В грудь.
  Поцелуи, как в мишень на стрельбище".
  "Мама!
  Я больше не хочу.
  Не желаю слушать гадости.
  Я улетаю".
  "Ха!
  Улетаешь! - Мама выдохнула. - Тепло ладоней на твоей груди.
  Ах, не на твоей груди.
  Тепло ладоней Лифшица.
  На моей груди.
  Он прижимал меня.
  Слегка приподнимал.
  Говорил, что я легкая.
  На удивление легкая.
  Говорил, что проверял мою биографию.
  И нашел, что не все в ней фальшивое".
  "Я рада за тебя, мама.
  И за космоадмирала Лифшица рада.
  Прижимайтесь.
  Поднимайтесь.
  Стреляйте поцелуями.
  Я же улетаю".
  "Дочка!
  А картошка?"
  "Спасибо, мама.
  Я покушала на космолете".
  "Я не о еде говорю.
  Кто картошку будет копать?
  Я?
  Я не буду картошку копать.
  У меня спина.
  И космоадмирал Лифшиц не копает картошку.
  У космоадмирала - статус!
  Так что...
  Сначала выкопай картошку, дочка.
  Я тебя для этого растила.
  
  Я ТЕБЯ РАСТИЛА, ЧТОБЫ ТЫ КАРТОШКУ КОПАЛА.
  
  А потом улетай".
  Если бы мама меня ударила.
  Я была бы менее потрясена.
  "Да, мама.
  Я иду.
  Иду копать картошку!"
  Я наклонила голову.
  Взяла лопату.
  Направилась в огород.
  Свернула в сарай.
  Забралась в наш старенький космокатер.
  И стартовала.
  Катер натужно поднялся.
  Гипер движок работал с надрывом.
  Я успела пропитаться.
  Пропиталась проклятиями мамы.
  Мама с огорода махала мне.
  Махала лопатой.
  Даже швыряла в космокатер комки.
  Комки грязи.
  Но они не запачкали мою душу.
  "Ты заразилась, Пособница Жухрайской Шпионки, - мама потрясала кулаком. - Твоя шпионка тебя заразила.
  Она - воровка.
  И ты стала воровкой.
  Угнала наш единственный космокатер".
  "Мама!
  Я купила космокатер на свои деньги.
  Я экономила на школьных завтраках".
  "А деньги тебе, кто давал?
  Кто давал деньги на завтраки.
  Поэт Пушкиниадзе давал?"
  "Мама!
  Деньги я сама зарабатывала.
  С первого класса гимназии.
  Я продавала лимонад.
  Собирала на улице лимоны.
  Давила их.
  Ножками давила.
  Смешивала сок с водой.
  И продавала.
  До свидания, мама".
  
  Космокатер, наконец, нырнул.
  Нырнул в подпространственный туннель.
  "Где эти Приграничные темные материи? - я искала в космосети. - Так ли они страшные, как о них говорят?"
  По дороге я решила остановиться.
  Остановиться у подруг.
  Которые в цитадели.
  Охраняют свалку брошенных космолетов.
  Подруги были удивлены.
  Удивлены моим ранним возвращением.
  Особенно, удивились, когда я рассказала.
  Рассказала, что отправляюсь к Сильвии.
  В Приграничные темные материи.
  Подруги меня отговаривали.
  Пугали:
  "Невозможно!
  Невозможно тебе осуществить задуманное!"
  Но я была тверда.
  Твердая, как твердь.
  Подруги посовещались между собой.
  "Мы иногда...
  Приторговываем. - Подруги признались. - Все равно на свалке космолеты старые гниют.
  А космопираты.
  Да...
  Космопираты.
  Они иногда прилетают.
  Выбирают запчасти для своих космолетов.
  Ну, и оружие выброшенное.
  Нам деньги.
  И космопиратам хорошо".
  "Вы служите Империи! - В моем голосе не было осуждения. - Но...
  Позволяете жухрайкам отдыхать на этой планете.
  И разрешаете им купаться в вашей купальне.
  В ответ жухрайки вам привозят свежую еду".
  "И не только еду, - мои подруги засмеялись. - Жухрайки в ответ...
  В ответ на нашу доброту, не уничтожают эту планету.
  А могли бы расстрелять цитадель..."
  "Вы еще космопиратам продаете запчасти.
  Запчасти и оружие".
  "Ты осуждаешь нас, милая?"
  "Что вы!
  Что вы!!
  Как может вас осуждать та, которую все осуждают?
  Я восхищаюсь вами".
  
  ВОСХИЩАТЬСЯ ВЫГОДНЕЕ, ЧЕМ КОРЧИТЬ КИСЛУЮ РОЖУ.
  
  "Мы договорились! - Подруги мои обрадовались. - Мы поможем тебе.
  Ты поможешь нам.
  Мы нагрузим на твой космокатер кое-что.
  Кое-что для космопиратов.
  Ты им отвезешь.
  Космопираты нам заплатят.
  Заплатят за кое-что.
  Заодно и тебе помогут.
  Помогут добраться до Приграничных темных материй.
  И помогут разобраться в Приграничных темных материях".
  
  "Я ВСЕГДА РАДА ПОМОЧЬ ТЕМ, КТО МНЕ ПОМОГАЕТ".
  
  Подруги начали загружать мой космокатер.
  "Космокатер старенький.
  Он не потянет столько".
  "А мы движок новый поставим.
  Со свалки.
  Вернее, не новый.
  Но форсированный.
  Старенький движок.
  Но он новее, чем твой космокатер".
  "Спасибочки... - Я восхищалась. - Но все равно.
  В космокатер все не влезает".
  "А мы тебе прицеп дадим.
  Космоприцеп.
  Будешь красавица с прицепом!"
  Я попрощалась с подружками.
  Тепло попрощались.
  Три дня прощались...
  Я полетела.
  С прицепом полетела.
  
  После второго гипер прыжка оказалась на планете.
  Зеленая планета.
  Природа радовала.
  Радовала глаз.
  Глаз радовала природа и желудок.
  Персики.
  Сливы.
  Черешня.
  Я насчитала более ста видов сладких фруктов.
  Среди зелени я увидела прекрасный дворец.
  Направилась к нему.
  На мраморной скамье сидел старик.
  Левую глазницу закрывала черная повязка.
  Правая нога - деревянная.
  Вместо левой руки - железный крюк.
  Я сразу поняла:
  "Космопират!
  Шулерман!
  Я к тебе с приветом.
  Не стреляй.
  Я - своя.
  Своя в доску.
  Привезла космозапчасти для твоих космолетов.
  Мои подружки передали.
  Со свалки брошенных Имперских космолетов".
  Космопират с любопытством рассматривал меня.
  Мне стало неловко.
  Ведь я в одной только светоотражающей пленке.
  Старик мне приветливо поклонился.
  "Почтенная..."
  "Сам ты почтенный.
  Я - молодая еще.
  Молодая, чтобы быть почтенной"
  "Присаживайся, красавица!".
  "Нет у меня времени.
  Передам тебе груз.
  Подожду, пока ты его оплатишь.
  Оплатишь моим подружкам.
  Затем я улетаю.
  Мне от тебя нужна помощь.
  Я улетаю в Приграничные темные материи.
  Подскажи, куда.
  Как.
  Где.
  И что лучше".
  
  МЫ ЛЕТИМ ТУДА, ГДЕ ЛУЧШЕ, НО ОСТАНАВЛИВАЕМСЯ ТАМ, ГДЕ ХУЖЕ.
  
  "Вид у тебя благородный.
  Красавица! - Космопират сгружал запчасти.
  Я заметила бластер с Имперского космокрейсера.
  Даааа.
  Хорошим оружием мои подружки приторговывают... - Прелестница!
  Я буду тебя уговаривать.
  Буду уговаривать не лететь в Приграничные темные материи.
  Там полно опасностей.
  Да и трудностей там тоже полно".
  "Зря стараешься, Шулерман.
  Я бы сказала - тщетно стараешься поколебать мою решимость.
  Я ничего не хочу знать плохого.
  Немедленно улетаю".
  "Я удостоверился.
  Удостоверился, что не могу тебя отговорить.
  Поэтому облегчу тебе.
  Облегчу тебе путь.
  Покажу тайный маршрут.
  Наш туннель космопиратов.
  Но прежде.
  Я задам тебе вопрос, девица".
  "Задавай, космопират
  Давай свой вопрос".
  
  ЛЮБАЯ ДЕВУШКА ОТВЕТИТ НА ЛЮБОЙ ВОПРОС ЛЮБОГО СТАРИКА.
  
  "Станешь моей женой?"
  "Нет, космопират.
  Шулерман.
  Не стану твоей женой".
  "Я так и думал, - космопират опустил голову. - Улетай.
  Я загнал координаты в твой космокатер".
  "Мне сказали - улетай.
  Я и улетела. - Я расслабилась в полете. - Груза меньше.
  Катер летит увереннее".
  Из подпространства я вышла в Приграничье Приграничья.
  Космопират Ихтиолий удивился.
  Узнал мою цель.
  Выгрузил свои запчасти.
  И, также, как Шулерман, уговаривал меня.
  Уговаривал не лететь в Приграничные темные материи.
  Я рыдала.
  Я умоляла.
  И Ихтиолий сжалился.
  "Я помогу тебе, прелестница!" - Космопират Ихтиолий созвал совет.
  Совет пиратов.
  Десять советчиков.
  Советчики тоже удивилась.
  "Ты - отважная девушка.
  Мы все же решили.
  Решили тебе помочь.
  Может быть, ты станешь космопираткой.
  Когда-нибудь станешь.
  Наша сестра будешь".
  "У меня уже есть подружки.
  Мы называем друг дружку сестричками". - Я оборвала надежды космопиратов.
  Космопираты не обиделись.
  Они доставили меня в начало Приграничных темных материй.
  Дальше космопираты не полетели.
   "Темно.
  Темно в темных материях, - пираты оправдывались.
  Выглядели жалко. - Мы как-нибудь здесь..."
  
  Я поблагодарила космопиратов.
  Заказала им пиццу.
  Пиццу с доставкой.
  Космопираты полетели назад.
  Я начала поиски.
  Искала Сильвию.
  Десять дней летала.
  Ни одного космолета не встретила.
  Наконец, я нашла космобазу.
  Выглядела она странно.
  Да и вся приграничная космоматерия странная.
  "Здрасте! - Я пришвартовалась.
  Зашла в базу. - Уютненько у вас здесь.
  А вы кто? - Я вытаращила глаза. - Ты, кажется...
  Начальник Имперского управления финансами?
  Был...
  Пропал давно.
  Оказывается, здесь прячешься.
  В Приграничных темных материях.
  А ты...
  Сейчас вспомню...
  Имперский чиновник снабжения космоармии.
  Исчез при загадочных обстоятельствах.
  А третий?
  Что-то со скандалом с малолетними преступниками у тебя было?
  Так?"
  "Ты нас узнала, красавица! - Хозяева переглянулись. - Да.
  Мы сбежали.
  Сбежали от самого честного во Вселенной.
  Самого законного Имперского суда.
  Слава Императору!"
  "Слава Императору! - Я прокашлялась в кулак. - Я у вас долго не задержусь.
  Я ищу подругу.
  Она - жухрайка.
  Раньше я бы не призналась, что она жухрайка.
  Но так как и вы теперь вне закона..."
  
  "МОЖНО ПОДУМАТЬ, ЧТО ТЫ В ЗАКОНЕ".
  
  Три преступника заржали.
  "Нельзя смеяться над девушкой.
  Это опасно.
  Можно остаться без девушки.
  Без всего можно остаться". - Я подумала.
  "Красавица!
  Рассуди наш спор!
  Мы спорим, чья вещь полезнее.
  Жаркий спор!".
  "А шо за вещи?" - Я заинтересовалась.
  Даже губы дудочкой вытянула.
  
  "Шляпа!" - Сказал тот, который по финансам.
  "Сам ты шляпа", - я обиделась.
  "Шляпа гидроквазионная, - финансист погрозил мне пальчиком. - В ней собраны самые лучшие технологии Империи.
  Технологии в области сокрытости.
  Гиперионые подкасты.
  Барионные щиты.
  Если в космолете активировать...
  То космолет и ты невидимыми становитесь.
  Очень.
  Очень невидимые.
  Поэтому тот, кто обладает этой шляпкой...
  Шапка эта...
  Шлем этот...
  Может быть безгранично счастлив".
  "Дядя!
  Что-то я у тебя не вижу счастья на лице", - я не выдержала.
  "Так я не выездной.
  Мне из Приграничных темных материй нельзя улетать.
  Меня сразу - под суд..."
  "Но ты же можешь невидимым.
  Невидимый летай".
  "Так оно так.
  Но боюсь я".
  
  "У КОГО НЕТ ДЕНЕГ, ТОМУ ДЕВУШКИ НЕ СТРАШНЫ".
  
  Я пошутила.
  И подумала:
  "Эта шляпка для меня сделана.
  Я в ней нуждаюсь больше, чем финансист.
  Мне она нужнее".
  Обратилась к другому.
  К снабженцу беглому.
  Снабженец мне показал.
  Показал старинную трубу.
  "А это шо?" - Я округлила глазища.
  "Труба, - снабженец гордо выпятил.
  И подбородок выпятил. - Труба диапазонно частотная.
  Тоже секретнейшая разработка.
  Эту трубу в нашу космо армию послали.
  Для испытаний.
  А я ее...
  Себе взял.
  Поэтому и в бегах.
  Но не жалею.
  Ведь у меня в руках огромная ценность".
  "Толку от этой ценности ноль", - я деловито скрутила руки.
  На груди скрестила.
  "Не скажи, красавица!
  Толку от трубы...
  Если кто попадет в неприятное положение.
  То нужно в трубу дунуть.
  Или просто нажать на кнопочку.
  Труба на всех частотах заверещит.
  Ты же окажешься в центре.
  Тебя частоты не тронут.
  Зато те, кто вокруг, уши заткнут.
  Будь то львы кемирийские.
  Или жухраи.
  Или наши.
  Или даже роботы.
  Всех из строя частоты трубы выведут.
  Не до тебя уже злодеям будет".
  "Что же ты, дядя снабженец?
  Почему этой трубой от своих врагов не избавился?
  Ведь ты попал в трудное положение".
  "Я не избавился.
  Да!
  Я не избавился от своих врагов.
  Потому что нельзя за собой оставлять горы трупов.
  Я - гуманист".
  "Не знаю этого слова.
  Гуманист какой-то.
  Звучит, как ругательство".
  И подумала:
  "Эта труба для меня сделана.
  Я в ней нуждаюсь больше, чем снабженец.
  Мне она нужнее".
  
  Я повернулась к третьему.
  Третий беглец мне шар протягивает
  "Вот.
  Мой шар".
  "Вижу, что шар, - я осматривала шар.
  Будто бы я знаток.
  Словно я все шары изучила. - В чем ценность этого шара?
  Только не говори, что его ценность в том, чтобы шары гонять".
  "Этот шар слеплен.
  Сделан из кварков.
  В шаре энергии больше, чем в нейтринной звезде.
  Если это шар вставить в.
  В реактор космолета вставишь.
  То космолет разовьет невиданную скорость.
  Будет глотать подпространство.
  Пролетит быстрее, чем любой Имперский космокрейсер".
  "Что же ты, дядя?
  Ты не воспользовался энергией шара.
  Улетел бы от своих врагов".
  "Ша!
  Девочка!
  Я воспользовался энергией шара.
  Я улетел от своих врагов.
  Сюда прилетел.
  А дальше мне лететь некуда.
  Кругом враги.
  Только здесь нет врагов.
  Наверное.
  Поэтому я живу на этой подстанции".
  Я же подумала:
  "Этот шар для меня сделан.
  Я в нем нуждаюсь больше, чем по малолетним преступникам который.
  Мне шар нужнее".
  И спросила:
  "Тебе этот шар преступники подарили?
  Для тебя его украли?
  Малолетние преступники".
  "Кто старое помянет, тому - глаз вон, - дядя, который по малолетним преступникам.
  Он нехорошо прищурился. - Девица!
  Ты же не хочешь, чтобы тебе глаз вон?"
  "Да.
  Признаюсь!
  Я не хочу.
  Не хочу остаться без глаза.
  Даже без одного". - Я созналась.
  
  БЕЗ ГЛАЗА КАК-ТО НЕ ОЧЕНЬ.
  
  "Теперь суди нас.
  Суди строго. - Три преступника мне приказали. - Любое твое решение мы примем.
  Ты же девушка.
  А девушка глупое не скажет".
  "Ого! - Я глазища распахнула. - Впервые слышу!
  Обычно, наоборот говорят".
  "Ну и как?"
  "Все ваши вещи имеют достоинства.
  Силу имеют неслыханную.
  Цену тоже имеют высочайшую. - Я начала осторожно. - Я много узнала о них.
  Но вы все преступники.
  А преступники - обманщики.
  Я должна удостовериться.
  Хочу верить, что вы сказали правду.
  Я испытаю эти вещи!"
  "Истину говоришь!
  Справедливо рассуждаешь! - Преступники вскричали. - Испытай силу наших девайсов.
  Испытай, как хочешь.
  Проверяй, как умеешь!
  Мы тебе доверяем. - Переглянулись и захихикали. - Только не считай нас дурачками.
  Не думай даже сбежать.
  Ты, наверно, хитро придумываешь.
  Типа наденешь шляпку.
  Прицепишь трубу к поясу.
  Загрузишь энергетический шар в реактор твоего космокатера.
  И сбежишь?
  ХАХАХА!
  Нас не обманешь".
  
  НЕЗАЧЕМ ВАС ОБМАНЫВАТЬ, ПОТОМУ ЧТО ВАС ОБМАНУЛИ, КОГДА ВАС РОДИЛИ.
  
  "Не собираюсь обманывать, - я солгала.
  Натянула шляпку.
  Привязала трубу к поясу.
  Загрузила шар в реактор. - Никуда не улечу!"
  Получается, что два раза обманула.
  Нажала на педаль.
  Мой космокатер рванул вперед.
  Рванул, как молодой космокрейсер.
  По мегатонной связи я вижу.
  "Суетятся преступники, - я радовалась. - Кричат, что я уже проверила свойства вещей.
  Что я должна вернуться.
  Нет!
  Не вернусь.
  Я наказала преступников.
  Не надо было надо мной смеяться!"
  И еще подумала
  "Я украла у преступников.
  Теперь я тоже - преступница?
  Или я - правозащитница?
  Все же я не преступница!
  Я - правозащитница.
  Потому что украла у воров
  Если бы каждого...
  Кто обидел преступника...
  Того бы тоже считали преступником, то не имели бы смысл полиция и суды.
  Полиция же обижает преступников.
  А судьи...
  Судьи - еще огого!
  Еще больше!"
  
  ДЕЛАЙ, КАК ХОЧЕШЬ, И ВСЕГДА БУДЕШЬ ПРАВА.
  
  Я успокоила себя.
  Даже развеселилась.
  Пограничные темные материи уже радовали.
  Я их больше не боялась.
  Поэтому не удивилась.
  Не удивилась появлению космокрепости.
  Я вышла из космокатера.
  Остановилась перед воротами.
  Хотела ногой постучать.
  Ножки мои в тяжелых туфельках!
  Ботиночки на платиновой подошве.
  Если бы вдарила по воротам...
  От ворот молекулы бы полетели.
  Но меня остановили.
  Механический голос прокашлялся.
  "Ты победила!
  Ты преодолела.
  Часть затруднений в заду!"
  "У меня нет затруднений... там".
  "Часть затруднений позади, - голос снова прокашлялся. - Прости.
  Я очень древний.
  Поэтому иногда путаю слова.
  Слова путаю с делами.
  А ведь дела должны быть прекрасными.
  Всегда достойными любви". - Голос расхохотался.
  "Жутко смеешься, - я оглядывалась по сторонам! - Ты хто?
  Древний дух?
  Но духов не существует!"
  "Йа...
  Я - компьютер.
  Я встроен в трубу.
  Труба, которая у тебя на поясе!"
  "Компьютер?"
  "Да!"
  "А ты гадать умеешь?"
  "Очень!
  Я предсказываю будущее!"
  "Погадай мне!"
  "На что погадать.
  На любовь?
  На деньги?
  На карьеру?
  На здоровье?
  На твои отношения с законом..."
  "На любовь, - я быстро прервала компьютер. - Погадай мне на любовь".
  Я почувствовала жар.
  Жар везде.
  Особенно в щеках.
  
  "Гадаю!
  У тебя в любви все будет хорошо!"
  "И?
  И все?" - я распахнула глазища.
  "Очень.
  Очень все!
  Разве этого мало?
  Ну, что вы за люди такие!
  Ты спросила.
  Я ответил.
  Разве плохо, когда гадают, что все будет хорошо?"
  "Во-первых, я не люди.
  Я - девушка.
  Во-вторых...
  Спасибо, древний компьютер.
  Ты ответил мне коротко.
  Ясно.
  И очень прекрасно ответил!"
  
  ЧЕМ КОРОЧЕ, ТЕМ МЕНЬШЕ ПРОБЛЕМ!
  
  "Компьютер!?"
  "Да, хозяйка!"
  "Ты очень разговорчивый".
  "Соскучился по собеседникам..."
  "А твой бывший хозяин?
  Он с тобой общался?"
  "Он?
  Вопросы у него примитивные.
  Только о бабах спрашивал.
  При этом хихикал.
  И даже спросил..."
  "Все!
  Компьютер!
  Вернее - труба!
  Мне дальше не интересно!
  Нет интереса!
  Вообще, труба должна звать"
  "Труба зовет!"
  "Ты умный!" - Я тоже захихикала.
  Потом подумала, что кажусь несерьезной.
  Ведь прошлый хозяин трубы тоже хихикал.
  "Летим дальше, - труба позвала. - Я приведу тебя к твоей подруге!
  Она - Сильвия..."
  "Ага!
  Веди!"
  "Если будут вопросы...
  А они у тебя обязательно будут...
  Постучи по мне".
  "Постучать по тебе?"
  "Постучи по трубе.
  С тобой интересно, красавица!
  Ты, когда в душ идешь...
  Или спать ложишься.
  Обнаженная...
  Не снимай меня с себя.
  Оставляй на поясе!"
  "Ишь ты! - Я вскричала. - Размечтался.
  Компьютер.
  Труба.
  Тебя твой хозяин избаловал.
  Нет уж.
  Я тебя буду заматывать.
  В тряпки замотаю.
  Чтобы ты ничего не видела.
  Труба-компьютер..."
  "Да, красавица?"
  "Это был не вопрос.
  Я просто сказала".
  
  ИМЕЮ ПРАВО НА ПРОСТОТУ!
  
  Разумеется.
  В тот же момент тряхнуло.
  Космолет взвыл.
  Все системы безопасности затрещали.
  "Приграничные темные материи показали себя! - Я запаниковала. - Вирусные жгуты гравитации.
  Нейтринные шары.
  Потусторонние ямы.
  Сейчас нас разорвет".
  "Меня не разорвет.
  Я - вечный".
  "Я тебе покажу вечность, - я разозлилась на трубу. - Перед смертью я тебя взору.
  Чтобы ты компьютер-труба не была вечной!"
  Я постучала кулачком по трубе.
  "Угроза принята.
  Угроза понятна. - Труба, кажется, испугалась. - Хочешь совет?"
  "Очень.
  Очень нужен умный совет.
  У меня все умное закончилось.
  Гравитационным жгутом меня хлестнуло.
  По попке хлестнуло".
  "Красавица!
  У тебя есть чудо шапка.
  Шапка, которая делает невидимыми.
  Покрути шапку.
  Твой космокатер будет невидимым.
  И ты тоже.
  Невидимыми будете.
  Ни одна аномалия вас не потревожит".
  "Я думала, что невидимость только против живого".
  "Нет!
  Ты войдешь в невидимость".
  
  "Я ДЕВУШКА, ПОЭТОМУ МНЕ ОБИДНО, КОГДА МЕНЯ НЕ ВИДЯТ".
  
  Я пробурчала.
  Но шляпу крутила.
  Сразу все затихло.
  По-прежнему гравитационные жгуты извивались.
  Словно гигантские питоны.
  Дыры попадались.
  Другие препятствия.
  Но они не видели космолет.
  Словно сквозь нас проходили.
  "Полезная шляпа! - я восхищалась. - В ней можно банки грабить...
  Я, конечно, не грабительница.
  Я просто представила.
  Шляпа сейчас в хороших руках.
  Вернее, на доброй головке.
  А если на преступную голову попадет.
  То...
  Будет шляпа воровать.
  Грабить банки станет".
  
  ГЛАВНОЕ, НЕ ДАВАТЬ НИКОМУ ПОВОДА.
  
  Мы летели дальше.
  "Несчастий избежали, - я размышляла вслух. - Благополучно летим".
  "Красавица!"
  "Да, труба!"
  "Ты шляпу сними".
  "Шляпу?
  Снять?
  Зачем?
  Она мне нравится".
  "Невидимость расслабляет.
  Ты можешь почувствовать себя недоступной.
  Вечно невидимой.
  И это отразится на твоей психике.
  Мечты смешаются с реальностью.
  Ты без шляпы будешь ходить.
  И думать, что ты невидимая.
  Зайдешь в банк.
  Решишь банк ограбить.
  Или подумаешь, что одежда тебе не нужна.
  По улице голышом отправишься".
  "Ой! - я сняла шляпку. - Стыдно то как!"
  "СТЫДНО, У КОГО НЕ ВИДНО.
  А У ТЕБЯ ВСЕ ВИДНО".
  "Все видно, потому что я у себя дома, - я огрызнулась. - Я на своем космолете.
  Не буду стыдиться какую-то трубу древнюю".
  "Так я и не возражаю", - компьютерная труба захихикала.
  
  ВСЕ ДОБРОЕ ЗАКАНЧИВАЕТСЯ ПОШЛОСТЬЮ.
  
  Вскоре я увидела золотую пыль.
  Пыль, конечно, не золотая.
  Иначе я бы ее в мешки собирала.
  Три желтых звезды золотили межзвёздную пыль.
  А три красные звезды...
  Красные звезды украшали радугами пояс астероидов.
  Я наполнилась.
  Наполнилась удивлением.
  И немного страха.
  Но приободрилась.
  Постучала по трубе:
  "Компьютер!
  Просыпайся!
  Труба, милая, - я подластилась к компьютеру.
  Даже железке нужна доброта. - Я хочу".
  "Что ты хочешь?"
  "Хочу пролететь мимо.
  Красота - красотой.
  Но космокатер вязнет.
  Мешает межпространственная пыль.
  И пояс астероидов не способствует.
  Лететь сложно".
  "Ты не сможешь пролететь.
  Красивая пыль коварная.
  Дюже коварная".
  "Что значит дюже?"
  "Дюже - древнее слово.
  Я забыл его значение".
  "Не знаешь, а говоришь.
  Заменил бы свое "дюже" другим словом.
  Которое знаешь".
  "Как я могу заменить?
  Чтобы заменить, нужно знать, что заменить.
  А я не знаю, что заменить".
  "Труба", - я зарычала.
  Рык угрожающий.
  
  ДЕВУШКА РЫЧИТ ТОЛЬКО В ДВУХ СЛУЧАЯХ: КОГДА ИГРАЕТ, И КОГДА НЕ ИГРАЕТ.
  
  "Через пару парсек - форпост, - труба подсказывала. - Древнейший форпост.
  Древнее, чем я.
  На форпосте живет старец.
  Он столь же древний, как форпост".
  "Враки!
  Люди столько не живут".
  "А старец живет.
  Он обновляется.
  Время от времени полностью обновляется.
  И дальше живет".
  "Не скучно ему так?
  Одному?
  Обновляться?"
  
  "Вот ты его и спросишь, красавица!"
  "Все сама и сама! - Я пыхтела. - Спросить - я.
  Шар пихать в движок - я". - Я загрузила движок.
  Повертела в нем энергетическим шаром.
  Космолет пошел на полной тяге.
  С трудом дотянули до форпоста.
  "Прелестница!" - Старец...
  Выглядел он не старцем.
  Молодым парнем выглядел.
  "Не подластивайся, - я опустила головку. - Знаю, что ты вечный.
  И постоянно перезагружаешься.
  Сам".
  "Разве это разрушит нашу дружбу?"
  "Эй
  Старец!
  Руки не протягивай!" - я зашипела.
  "Тогда, зачем прилетела?" - Мудрец обиделся.
  "По крайней мере, не для того летела, чтобы ты меня лапал".
  "Ну, и!"
  Мудрец снова протянул руки.
  Ко мне протянул.
  Я быстро натянула шляпу.
  Шляпу невидимости.
  Ударила сладостарца по рукам.
  
  НИКОГДА, СЛЫШИШЬ, ДРЕВНИЙ ДЕД, НИКОГДА НЕ СПОРЬ С ДЕВУШКОЙ.
  
  "А ты где? - Мудрец оглядывался. - Я тебя не вижу.
  Я - ослеп?
  Или ты просто так пропала".
  "Испугался?"
  "Испугался.
  Я же вечный.
  А ты можешь меня ножиком.
  Ножом пырнешь.
  Выскочишь из невидимости.
  Появишься из ниоткуда.
  И ножичком - резь!
  Мигом закончится моя вечность.
  Против ножа не устою.
  Поэтому я живу один".
  "Старец!
  Заключим договор.
  Ты меня не.
  Ко мне не лезешь.
  И я не исчезаю.
  И ножиком тебя не режу".
  Я повернула шляпу.
  Снова вошла в видимый диапазон.
  "Умеешь ты убедить, - старец расслабился. - Ну, хоть так полюбуюсь тобой.
  Со стороны.
  Будет, что потом вспомнить".
  "Со стороны?
  Любуйся со стороны!" - Я милостиво согласилась.
  
  В МЕЧТАХ МОЖЕШЬ РАСПУСКАТЬ РУКИ.
  
  Я рассказала старцу.
  Подробно рассказала о приключениях.
  Очень долго жаловалась на ноготок.
   "Ноготь сломала.
  Тащила тяжелый шар.
  Энергетический шар.
  Надрывалась.
  Все одна и одна, - я прошипела с сарказмом. - Не осталось настоящих мужчин.
  Мужчин, которые помогут.
  Бескорыстно помогут.
  Мужчины пошлые стали.
  Девушка надрывается.
  Сумки тяжелые поднимает.
  А мужчина девушке под юбку заглядывает.
  Сзади.
  Вместо того, чтобы сумки подхватил".
  
  "Ничего подобного! - Старец побледнел. - Ты просто озабоченная.
  Только и думаешь, что вся Вселенная вокруг тебя вертится.
  И все во Вселенной хотят тебя".
  "А разве не так?"
  "Частично", - старец не стал спорить.
  А то я обижусь.
  Снова стану невидимой.
  Во всех диапазонах невидимая.
  И из невидимости ножиком.
  Ножиком - резь!
  Мысль он подал хорошую.
  Интересная мысль.
  Но опасная.
  Права древняя труба.
  Я могу разбаловаться.
  Почувствую себя всемогущей.
  
  А ВСЕ ВСЕМОГУЩИЕ ПЛОХО ЗАКАНЧИВАЮТ.
  
  Старец открыл древнюю книгу.
  Книга напечатана на голографических листах.
  "Книга подсказывает, - мудрец зачмокал губами.
  За один миг я понял, что он очень древний.
  Неприлично древний. - Завтра, дочь моя.
  Я покажу тебе путь.
  Мы вместе отправимся через пояса астероидов.
  Будем преодолевать межзвёздную пыль.
  Пыль Пограничных темных материй.
  Ты увидишь чудеса.
  Сейчас же ложись спать.
  День будет тяжелым". - Мудрец зевнул.
  "Не подсматривай!" - Я погрозила мудрецу пальчиком.
  
  МОЖЕТ БЫТЬ, Я НЕ ПРАВА? И НУЖНО ГОВОРИТЬ ДА, ТАМ, ГДЕ ГОВОРЮ НЕТ?!!
  
  Мудрец не настаивал.
  А я и не предлагала.
  Утром мы отправились.
  В путь!
  Энергетический шар помогал.
  Но все равно было трудно.
  Чрезвычайно трудно
  Наконец, появилась цитадель.
  "Укреплено надежно", - я пальчиком постучала по броне.
  Мы вошли во двор.
  Посредине площади стояла... труба.
  Огромная труба.
  Из нее вылетали сгустки плазмы.
  Исчезали в мрачной дыре.
  Микро черная дыра.
  "Труба - произведение искусства, - мудрец цокал языком. - Сейчас подобное не делают".
  Старец сорвал с плеча бластер.
  И начал шмалять.
  Стрелял по трубе.
  При этом он ругался.
  Грязно ругался.
  "Дядя! - Я сдвинула бровки. - Я - девушка.
  Не желаю слушать всякие гадости".
  "Не мешай, дщерь, - мудрец отмахнулся от меня. - Эти слова для тебя только гадостью кажутся.
  На самом деле это пароль.
  Длинный пароль древних.
  Пароль для активации трубы".
  "Разве труба сейчас не активная?"
  "Хахаха!" - Мудрец заржал.
  Язвительно хохотал.
  Затем произнес еще несколько ругательств.
  Ругательства-пароли.
  Только он закончил...
  Поднялась страшная буря.
  Кварковая буря.
  Межзвёздные облака надулись.
  Молнии рассекали подпространство.
  С астероидов раздавался страшный гром.
  Гром страшен потому, что звуки через вакуум не проходят.
  А эти звуки - проходили.
  Я пищала от страха.
  В великом страхе наблюдала.
  "Происходит неожиданное!"
  Наконец, межзвездная буря стихла.
  Мудрец вытер пот с груди.
  С моей груди...
  "Красавица!
  Теперь лети!
  Взгляни на поля астероидов.
  Они тебе казались непроходимыми.
  Посмотри на позолоченные облака.
  Через которые боялась лететь".
  
  СХОЖУ И ПОСМОТРЮ, А ПОТОМ ЕЩЕ СХОЖУ И ЕЩЕ ПОСМОТРЮ.
  
  Я настроила окуляры.
  Подкрутила радиотелескоп.
  "Чудеса!
  Любопытное!
  Астероиды расступились.
  Облака из позолоченной межзвездной пыли улетели.
  Пролет свободный".
  "Тебя устрашало!
  Красавица!
  Неизмеримо устрашало.
  Теперь же тебя радует.
  Возлагай упование.
  На меня возлагай упование!"
  "Надоел ты мне словечками.
  Древними словечками.
  Непонятные они.
  Сам возлагай.
  Сам уповайся!"
  "Возложу!
  С упованием!
  С упованием возложу!" - Мудрец поспешно сбежал.
  Наверно боялся.
  Опасался, что я его ножичком.
  Могла бы пырнуть!
  
  НОЖ В РУКАХ ДЕРЖАТЬ ОПАСНО.
  
  Я продолжила путь.
  "Остановлюсь на планетке, - я приметила зеленую планету. - Овощи!
  Фрукты.
  Ягоды.
  Перед встречей с Сильвией я должна привести себя.
  Вернуть здоровый цвет лица.
  Подтянуть фигуру.
  Сузить талию. - Я сошла на планету. - Красотища!
  Малина!
  Клубника!
  Персики!
  Еще персики! - Я посмотрела на персиковое дерево. - Нет!
  Не персики! - Я застыла.
  Ужас сковал мои члены.
  Если бы у меня они были.
  Члены.
  Нет их у меня.
  Поэтому ужас сковал...
  Просто меня сковал. - На дереве не персики.
  Висят.
  Не персиковое дерево.
  Дуб.
  Тысячелетний.
  А на нем мужчины.
  Висят мужчины.
  Веревки на шеях.
  Повешенные. - Я тряхнула головкой.
  Наваждение не пропало. -Я смущена.
  Ужасное виденье!
  Сразу перехотелось.
  Перехотелось персиков..."
  Я осторожно шла.
  Шла по ромашковому полю.
  
  НА ДУБЕ ПОВЕШЕННЫЕ, А ПОД НОГАМИ - РОМАШКИ ЦВЕТУТ.
  
  Ко мне подошла женщина.
  Старая женщина.
  Вытаращила на меня глаза:
  "Дева!
  Ты, откуда?
  Как ты оказалась у нас?
  Если бы ты была мужчиной, то мы бы тебя повесили.
  Мы вешаем мужчин.
  У нас женское общество".
  "Я не мужчина", - я задрала подол платьица.
  "Вижу!
  Ты - девушка!
  Ты могла бы не поднимать платье.
  И так видно".
  "Но...
  Бывают мужчины.
  Мужчины, как женщины".
  "У тебя на лице написано.
  Написано, что ты девушка".
  "Хм.
  Не знаю, как понимать, - я подумала. - Комплимент?
  Или издевка?
  На лице типа написано.
  У меня".
  
  С ЛИЦА НЕ ТОЛЬКО ВОДУ ПЬЮТ, С ЛИЦА ЕЩЕ И ЧИТАЮТ.
  
  "Женщина!
  Я тебе верю!" - Я не нашла, что сказать.
  Что сказать умное!
  "Имей ко мне доверие!"
  Я поверила.
  И рассказала свою историю.
  О том, что ищу подругу.
  Сильвию.
  Я не раскрыла, что Сильвия жухрайка.
  Ведь мы же в нашей Империи.
  Кто знает?
  Воинственные женщины могли бы меня повесить.
  За шею.
  На дуб повесили бы.
  Если бы не было у меня чудесной трубы.
  Чудесной шапки.
  И чудесного шара.
  Я и о свойствах чудесных вещей умолчала.
  Зато рассказала о котиках.
  Видела котиков.
  Котики жили в цитадели моих подруг.
  О мудреце я рассказала.
  Подробно.
  Ругала его.
  Показывала, какой он подлец.
  Пошляк.
  Озабоченный подсматриванием.
  Старуха слушала внимательно.
  Цокала языком.
  Качала головой.
  Иногда вставляла замечания.
  Соленые замечания.
  Из словаря космических грузчиков
  
  НА КАЖДОГО МОЛОДЦА НАЙДЕТСЯ КРАСНОГО СЛОВЦА.
  
  "Девица, - старушка приняла решение. - Я слышала о девушке.
  Девушка с именем Сильвия.
  Не знаю, твоя ли подруга.
  Но я помогу тебе.
  Я проведу тебя в свой дом.
  Ночью.
  Под покровом ночи.
  Держи себя в строгости.
  Не показывайся девушкам.
  Ты можешь привести в смущение наше общество.
  Растревожишь нас".
  "Спасибо, добрая женщина!"
  Я обрадовалась сообщению о Сильвии.
  
  РАДУЕТ ТО, О ЧЕМ МЕЧТАЕШЬ.
  
  Под покровом ночи пробрались.
  Прокрались в жилище старушки.
  Я могла бы воспользоваться шапкой невидимости.
  Но не хотела выдавать ее.
  Сердце мое преисполнилось.
  Преисполнилось надежды сердце!
  Старушка приготовила ужин.
  Инжир.
  Финики.
  Пахлава.
  Мороженое.
  Горячий шоколад.
  Булочки с яйцом куропаток.
  Я легла спать.
  "Сердце мое успокоилось, - я подумала. - Живот, наоборот.
  После ужина неспокойный!"
  Я проснулась вскоре.
  В ногах сидела старуха.
  В ночной рубашке сидела.
  В прозрачной комбинации.
  Я заподозрила.
  Но старушка была очень ласковая со мной:
  "Странница!
  Ты спала.
  Я же трудилась.
  Узнавала.
  Узнала о Сильвии.
  Девушка с именем Сильвия претерпела много горя".
  "Короче!" - Я не выдержала.
  
  ПОЧЕМУ, КОГДА НАДО КОНКРЕТНО, НАЧИНАЕТСЯ ПУСТАЯ БОЛТОВНЯ?
  
  "Никто, кроме меня.
  Я лучше всех собираю сплетни.
  Сплетни выискиваю.
  Я была подругой.
  Подруга главы нашего женского общества.
  Мы называем ее мэрша.
  Я часто была свидетельницей.
  Свидетельницей непрочного.
  Непристойного.
  Поэтому мне доверяют.
  Тебя разлучили с твоей подругой.
  Она сейчас в руках наших врагов.
  В плену жухраев".
  "Но Сильвия жухрайка, - я чуть вслух не сказала. - Она убежала от меня?
  К своим сбежала?"
  "Я уменьшу твое горе.
  Ты побледнела. - Старуха все подмечала. - Мы выручим твою подругу".
  "Йа..."
  Я не выдержала.
  Горько плакала.
  "Я скоро представлю тебя мэрше", - старуха обещала.
  "Почему?
  Почему скоро?
  А не сейчас?"
  "Эээээ.
  Надо подождать.
  Все обдумать надо.
  Так дела не делаются".
  "У вас так дела не делаются!
  У меня нет дел.
  Поэтому я их не делаю".
  Я вскочила.
  Выбежала во двор.
  Натянула шляпу абсолютной невидимости.
  Старуха за мной.
  "Красавица!
  Ты где? - Старуха водила перед собой руками. - Ты провалилась сквозь землю?"
  
  ПРОВАЛИТЬСЯ СКВОЗЬ ЗЕМЛЮ ТЯЖЕЛО.
  
  Я же прибежала в усадьбу.
  Усадьба мэрши.
  Прокралась в дом.
  Системы слежения меня не обнаружили.
  Чудесная шапка гасила любое излучение.
  Я искала мэршу.
  Вдруг, услышала приглушенный смех.
  Я заглянула:
  "Купальня.
  В купальне три женщины.
  Одна - пожилая-пожилая.
  Наверно, она - мэрша.
  Рядом с ней - две молодые балерины.
  Все выглядят опечаленными".
  
  Я присела на бортик.
  Свесила ножки в воду.
  Могла дотронуться до любой купальщицы.
  Они меня не видели.
  Я развеселилась.
  Но вспомнила слова трубы.
  Я начинаю забываться.
  Чувствую себя особенной.
  Всемогущей себя чувствую.
  Между тем, три женщины обсуждали.
  "Сильвия в плену, - мэрша сразу перешла к делу.
  Словно почувствовала меня.
  Мой интерес уловила. - Мы не знаем Сильвию.
  Но знаем, что она девушка.
  Девушка, а не мужчина.
  Поэтому мы обязаны.
  Обязаны ее спасти.
  Выдвигаемся на рассвете.
  Когда птицы перестанут петь".
  
  ПТИЦЫ ВОПЛЯМИ МЕШАЮТ СЛУШАТЬ ДРУГИХ ПТИЦ.
  
  "Мы совещаемся о судьбе.
  Возможно, что Сильвия - наша будущая Судьба!" - девушка - слева от мэрши, блондинка задрала подбородочек.
  При этом грудки у нее тоже задрались.
  "Жухраи, наверняка, замучают Сильвию, - вступила брюнетка. - Жухраи - бессердечные!
  Бесстыдные жухраи!
  Они убьют Империйку.
  Только потому, что Сильвия Империйка.
  Мы кровью смоем.
  Кровью смоем позор с благородного рода женщин Империи!"
  
  СМЫВАТЬ - ТАК КРОВЬЮ.
  
  "Может быть...
  Попробуем обойтись без крови?" - Я пробормотала.
  Забыла, что высокотехнологичная нано шапка делала меня невидимой.
  "Кто говорит? - Мэрша всполошилась.
  Повела руками.
  И схватила меня за ногу.
  Завизжала.
  Но ногу мою не отпускала.
  Поднималась выше и выше.
  Уже выше колена.
  Значительно.
  Очень высоко поднялась. - Хм...
  Если ты дух бесплотный...
  То ты - ничего даже. - Мэрша смотрела сквозь меня. - Нет.
  Ты не бесплотный дух.
  У тебя есть плоть.
  Стройная плоть ноги.
  И ты не мужчина.
  Я определила".
  "Я не дух, - я повернула шапку.
  Стала видимая.
  Девушки вскрикнули.
  Старушка мэрша сдержано улыбнулась.
  Лишь губы ее дрожали. - В темноте меня не видно.
  В темноте никого не видно.
  Но на солнце всех видно.
  Вы же меня не видели.
  Теперь видите".
  "Мы поняли, - брюнетка важно кивнула. - Более чем понятно".
  "Незнакомка!
  Мужчины тебя не поняли бы! - блондинка важно качала очаровательной головкой. - Но мы не мужчины.
  Убедилась?"
  "Еще бы!" - Я захихикала.
  
  ВИДИШЬ НАС - СПУСКАЙСЯ К НАМ В КУПАЛЬНЮ.
  
  "Нет времени на купальню! - Я огорчилась. - Моя подруга.
  Сильвия в опасности".
  Я не была уверена.
  Вдруг, Сильвия у своих в безопасности?
  Она же - жухрайка.
  Но с другой стороны...
  Жухраи могли узнать о том, что Сильвия летала в нашу Империю.
  И дружила с Империйкой.
  Со мной дружила.
  "Сильвия - твоя подруга?" - Мэрша, и две ее соратницы переглянулись.
  Смотрели на меня с почтением.
  Почтение, граничащее с уважением.
  "Сильвия.
  Была моей подругой.
  Не знаю, как сейчас.
  Вдруг, Сильвия изменилась?
  И не назовет больше меня своей подругой, - я отвечала осторожно. - Можно прикасаться.
  Но можно и не коснуться.
  Иногда не хочешь.
  А кто-то посмеет.
  И касается.
  Например, в переполненном космоавтобусе.
  Или сжимают.
  Словно железным обручем.
  Тогда нужно сомневаться.
  Один поцелуй.
  Поцелуй в переполненном космоавтобусе не сделает несчастной.
  Особенно, если девушка честолюбива.
  Практичная девушка.
  Упрямая девушка!
  Или мужчина.
  Мужчина в женском обличье.
  В мужчинах нет мягкости.
  Нет доброты.
  Нет нежности.
  У мужчин нет женских качеств.
  А качества очень необходимы!"
  
  НЕОБХОДИМЫЕ КАЧЕСТВА, ЧТОБЫ КОЛИЧЕСТВО ПЕРЕШЛО ИЗ ЖЕНЩИНЫ В МУЖЧИНУ.
  
  "О! - мэрша раскрыла рот. - Ты очень мудрая.
  Твоя мудрость женская!"
  "Незнакомка! - блондинка и брюнетка запищали. - Ты умна!
  Ты - раскалённое железо!
  Мы ждали правду.
  И оказались правы.
  Сколько лет ты жила?
  Жила в раковине?"
  "Йа?
  Я жила восемнадцать лет, - я ответила после долгого раздумья. - Я жила не в раковине.
  Я жила везде.
  ГДЕ Я БЫВАЮ, Я ТАМ ЖИВУ".
  "Хотела ли ты этого?" - Мэрша пытливо меня рассматривала.
  "Я хотела! - Я ответила с гордостью. - Я живу!
  Значит, я хочу!
  Я не лгу.
  От сознания этого великого факта я ощущаю сладость.
  Сладость, как от конфетки!"
  
  "Ты - одна из нас!
  Одна из женщин! - Мэрша остановилась. - Не соглашайся на неравный брак.
  Если предложат - отказывайся.
  Принимай даже злополучные решения".
  "Если я обесчещу.
  Если обесчещусь.
  То мое бесчестье не падет на вас!" - Я твердо решила.
  "Смерть падет на наши головы! - Мэрша обняла своих подруг.
  Или они ей - внучки? - Летим!
  Выручим твою подругу.
  На месте спросим.
  Считает ли она тебя своей подругой".
  Мэрша выскочила из купальни.
  Побежала к ближайшему космофрегату.
  За мэршей - ее соратницы.
  "Вы.
  Вы даже не оделись?" - Я проблеяла.
  "Нет времени на пустяки! - мэрша уже поднималась по трапу. - Тем более что мы будем ждать тебя.
  Незнакомка!
  Ты выручишь свою подругу.
  Мы же подождем вас космофрегате".
  "Мы летим к жухраям, - в космолете я озадачилась. - Но я - Империйка!
  У вас есть комплект жухрайской формы?
  Женская жухрайская одежда?"
  
  ГОЛОЙ В ГОСТИ НЕ ПРИХОДЯТ.
  
  "Жухрайское обмундирование? - мэрша хлопнула ладошкой по лбу. - Мы дома забыли.
  У нас в ангаре хранятся.
  Хранятся жухрайские мундиры.
  Мы частенько проводим вылазки в тыл врага".
  "Возвращаться - плохая примета", - блондинка проблеяла.
  "Мы не полетим обратно!" - Брюнетка притопнула.
  "Как же я проникну?
  Просочусь в стан врага?" - Я задумалась.
  Снова думала.
  "Незнакомка!
  Ты разденься. - Мэрша посоветовала. - ГОЛУЮ ДЕВУШКУ ВЕЗДЕ ПРОПУСТЯТ".
  "Раздеться? - Я сбросила одежды. - Хм!
  Удобно.
  Удобно голенькой.
  Но...
  Без одежды я замерзну.
  На чужой стороне замерзну
  От стыда замерзну! - Я проблеяла. - Нас Империя родная греет.
  А жухрайская сторона вражеская.
  Вражеское охлаждает!"
  "Незнакомка!
  Ты же - дух! - Блондинка хлопала ресницами.
  Ее ресницы длинные.
  Пушистые ресницы. - Можешь становиться невидимой.
  Ты за нами подглядывала.
  Когда мы резвились.
  Резвились в купальне!
  А мы тебя не видели".
  "Йа.
  Я не подглядывала.
  Я подслушивала!" - Я обиделась.
  Обиделась на клевету.
   "Но это же совсем другое дело! - Блондинка сразу успокоилась.
  Даже засмеялась.
  Смех блондинки серебряный. - Подглядывать или подслушивать - разное!"
  
  ПОДГЛЯДЫВАТЬ - СТЫДНО, ПОДСЛУШИВАТЬ - ВЕЛИЧЕСТВЕННО!
  
  Вскоре наш космофрегат пересек границу.
  Мы оказались в жухрайской части Вселенной.
  Во вражеском тылу!
  Мэрша спрятала космофрегат в лучах сверхновой.
  Я же отправилась на поиски Сильвии.
  Жухрайскую цитадель я отыскала легко.
  Я повернула шапку.
  Стала невидимая.
  Подошла к охранникам.
  Хотела проскользнуть.
  Незамеченная проникла бы.
  В цитадель вошла.
  "Девица!
  Ты голая! - жухраи охранники меня остановили.
  Но не осуждали.
  Наоборот.
  С одобрением смотрели на мою наготу. - Мы подозреваем, что ты шпионка.
  Имперская диверсантка.
  Можешь ли ты доказать обратное!"
  "Ээээ!" - Я проблеяла.
  Поняла, что неправильно повернула шапку.
  Не в ту сторону повернула.
  
  ВОЕННУЮ ФУРАЖКУ НОСЯТ КОЗЫРЬКОМ ВПЕРЕД.
  
  Я снова повернула шапку.
  И...
  Пропала с экранов охраны.
  Жухраи забеспокоились
  "Консомэльский!
  Куда делась девица?
  Голая девица?"
  "Моногомер! - Второй охранник паниковал. - Вот она была.
  И нету!
  Мы проморгали.
  Пропустили имперскую шпионку.
  В нашу жухрайскую цитадель допустили!"
  "Консомэльский! - Жухрай за лацканы кителя потянул к себе товарища. - Ты видишь девицу?
  Голую девицу видишь?
  Ту самую?"
  "Нет.
  Моногомер.
  Я не вижу девицу!
  Но она у меня в памяти.
  В памяти осталась.
  Ярким пятном блистает.
  В памяти моей".
  "Нет девицы - нет проблемы.
  Нас не расстреляют.
  Ведь мы никого не пропустили.
  Экраны голографов пустые.
  Система охраны молчит.
  Нам девица почудилась".
  "Почудилась девица!
  Я ХОТЕЛ БЫ, ЧТОБЫ ОНА ЕЩЕ ПОЧУДИЛАСЬ!
  Разочек.
  Или два разочка..."
  
  ЧТОБЫ МЕЧТАТЬ, НУЖНО, ЧТОБЫ СНАЧАЛА ПОЧУДИЛОСЬ.
  
  "Милости мне не надо, - я прошла в цитадель. - Просто хочу.
  Увидеть Сильвию".
  Я обратила внимание на поваров.
  Они несли судки.
  Подносы.
  Пакеты.
  "Несут еду.
  Значит, будут кого-то кормить". - Я догадалась.
  "Харасмент! - Один из поваров схватил кексик.
  Маленький кексик с шоколадом. - Лейтенантка Сильвия заказала кексики.
  Я съем парочку.
  От лейтенантки не убудет.
  Она, наверно, считать не умеет!" - Повара захохотали.
  "Гады!
  Убийцы!
  Жухрайские воры! - Я разозлилась. - Обделяют!
  Обделяют мою подругу.
  Жрут ее кексики".
  Тут повар Харасмент уронил кексик.
  Поднял.
  Сдул с него песок.
  Опустил обратно в пакетик.
  "Неслыханно!" - боль душила меня.
  Слезы меня заливали.
  
  НЕ ПОДНИМАЙ И НЕ ЕШЬ С ПОЛА.
  
  Я пристроилась к поварам.
  Они вошли в лифт.
  Грузовой лифт.
  Лифт очень тесный.
  "Софийский? - Повар оглянулся. - Не толкайся".
  "Я не толкаю тебя, Петруччо.
  Я к стенке прижался".
  "Софийский.
  Мне показалось, что ты бедром прикоснулся.
  Ко мне.
  Бедро у тебя горячее.
  И голое бедро".
  "Нет, Петруччо.
  Мое бедро не голое.
  Бедро под штаниной.
  Но в другом ты прав.
  Бедро мое горячее".
  "Только бы не начали обыск, - я присела.
  Ведь бедро было мое.
  Которым я прикасалась. - В лифте меня сразу обнаружат".
  К счастью для меня лифт остановился.
  Мы вышли в просторный зал.
  "Аналитический отдел, - я сразу догадалась. - Куча работников.
  Считают.
  Рассматривают.
  Совещаются". - Я же следовала за поварами.
  
  ЧЕМ БОЛЬШЕ НАРОДА, ТЕМ БОЛЬШЕ ЕДЫ НАДО.
  
  "Обед прибыл!" - радостный гул разнесся по залу.
  Только из левого угла не вопили.
  Потому что в левом углу сидела Сильвия.
  Сильвия соблюдает диету.
  Следит за своей фигурой.
  "Сильвия! - Повара дошли и до моей подруги. - Вот твои кексики!"
  На рабочий стол поставили пакетик.
  Сильвия раскрыла.
  Взяла кексик:
  "Сильвия!
  Не ешь этот кексик! - Я не выдержала.
  Хлопнула подружку по руке.
  Кексик упал на пол. - Проклятые повара его роняли.
  И съели часть твоих кексиков!"
  
  НЕ ЕШЬ ЧУЖОЕ!
  
  Только я произнесла.
  Только успела.
  Сразу на окна упали бронированные щиты.
  Двери заблокированы.
  "Быстро же работают жухраи, - я удивилась. - Система охраны в офисе - идеальная".
  "Среди нас - чужой! - робот объявил. - Вернее - чужая.
  Голос есть.
  Тела нет!"
  "Ещё как есть тело", - мне стало обидно.
  Обидно за свое тело.
  Все сразу вытаращили глаза.
  На пустое место смотрели.
  Ведь я была невидимая.
  Меня даже компьютеры не видели.
  Сильвия побледнела.
  "Тыыы?" - Сильвия узнала мой голос.
  Но сделала вид, что ничего не случилось.
  "Я пришла к тебе, - я прошептала на ушко. - Пришла в гости.
  Если, конечно...
  Если тебя это еще интересует.
  Если ты мучаешься.
  Мучаешься без меня...
  Тогда я прекращу.
  Прекращу твои мучения".
  Сильвия чуть заметно кивнула.
  "Над тобой издеваются!
  Сильвия!
  Ты - боевой офицер.
  Лейтенантка.
  Тебя же забросали офисной работой.
  Голографические папки.
  Горы счетов.
  Пять планшетов на столе.
  Так с порядочными девушками не поступают!"
  
  ДЕВУШКИ НЕ ДОЛЖНЫ РАБОТАТЬ.
  
  Сильвия пододвинула планшет.
  Написала:
  "Приходи ночью в казарму.
  Казарма номер тринадцать.
  У меня свой уголок.
  Там поговорим".
  "Сильвия!
  Я вне себя!
  С тобой жестоко обращаются!" - Я набила на планшете.
  Постояла.
  Подумала.
  "Дольше оставаться нельзя.
  Я подвергаю опасности Сильвию.
  Подвергаю опасности мэршу.
  Подвергаю опасности блондинку мэрши.
  Подвергаю опасности брюнетку мэрши.
  Подвергаю опасности себя".
  Я вернулась к двери.
  Подождала пару часов.
  Охранная система меня не обнаружила.
  Двери открылись.
  Я выскочила к лифту.
  Не удержалась.
  Ущипнула за нос часового.
  Ведь он - жухрай.
  Мой враг.
  Враг Империи.
  Часовой стоял около тумбочки.
  От моего щипка часовой вздрогнул.
  Но продолжал стоять.
  Не шевелился.
  Я поразилась его выдержке.
  "На посту!
  Поэтому не паникует".
  
  НА ПОСТУ НЕ ДРЫГАЙСЯ!
  
  Вечером я прокралась в казарму.
  "Казарма номер тринадцать, - я искала между рядов коек. - Где же уголок Сильвии?
  Наверно, в конце казармы.
  Сильвия - лейтенантка.
  Она не должна спать с рядовыми".
  Никто меня не замечал.
  Шапка скрывала меня.
  Наконец, я нашла.
  Сильвия сидела на кровати.
  Расчесывала волосы.
  Шикарные волосы.
  Густые, как водопад из горячего шоколада.
  Я с трудом сдержала чувства.
  Чувства горечи.
  И чувства дружбы.
  "Печальный уголок, - я вытерла слезы. - Сильвия!
  Ты же - лейтенантка!
  Живешь в нечеловеческих условиях.
  В жухрайских условиях живешь.
  Сухпаек на тумбочке.
  Ты даже не притронулась к еде".
  "Госпожа лейтенантка! - заглянул смотрящий по жухрайской роте. - У тебя все хорошо?
  Я слышал посторонний голос!"
  "Голос у тебя в голове! - Я рявкнула на ухо смотрящего. - К психиатру обратись.
  Скажи, что у тебя появились голоса".
  Я не сдержала.
  Не сдержала гнев.
  Смотрящий начал озираться.
  Затем убежал.
  Со страхом убежал.
  Даже кинжал забыл.
  
  ПОТЕРЯ КИНЖАЛА ГРОЗИТ ТРИБУНАЛОМ.
  
  Я сняла чудо шапку.
  Стала видимая.
  Сильвия тут же положила ладони.
  Прислонила к моей груди.
  Подняла глаза.
  Глазища у Сильвии прекрасные.
  "Я благодарю Судьбу!" - Сильвия прошептала.
  Мы обнялись.
  Не скрывали слезы радости.
  "Сильвия!"
  "Да, милая".
  "Что с нами будет?
  Дальше - что?"
  "Нууууу.
  Ты - империйка. - Сильвия грустно качала прелестной головкой. - Я - жухрайка.
  Через месяц меня ждет повышение.
  Дадут новый космофрегат.
  Космофрегат с джакузи.
  В джакузи можно смыть воспоминания.
  Грустное можно смыть водой.
  Только это не легко.
  Понадобятся годы".
  
  ТЫ СМОЕШЬ МЕНЯ ИЗ ПАМЯТИ.
  
  "Сильвия!
  Я испытываю стыд.
  Я в гневе.
  Ты не хочешь быть со мной?"
  "С тобой?
  Милая.
  Очень хочу!
  Но мы будем жить в изгнании.
  Остаток жизни. - Сильвия перебирала тонкими пальчиками волосы.
  Мои волосы. - Мы не сможем жить в твоей Империи.
  Ведь я - враг Имперцев.
  Тебе нельзя с нами.
  Ты - враг жухраев".
  "Ты - отказываешь?"
  "Я только рассуждаю.
  Я еще ничего не придумала".
  "Сильвия!" - Я не договорила.
  В комнатку просочился смотрящий.
  Тот самый.
  Который кинжал забыл.
  
  ТРЕТИЙ ВСЕГДА ЛИШНИЙ.
  
  "Лейтенантка Сильвия?
  Я тебя разбудил?"
  "Нет, черт империйский тебя сожри, - Сильвия вознегодовала. - Я бы хотела, чтобы ты меня разбудил.
  Но разбудил утром.
  Перед пробежкой.
  Ты пьян?"
  "Я?
  Йа не пьян.
  Я на половине пути к опьянению.
  Половина не считается".
  "Ты ввалился ко мне.
  Без доклада.
  А я - между прочим - без одежды.
  Готовлюсь ко сну".
  "Госпожа лейтенантка, - Смотрящий упал на колени.
  Я думала, что он будет целовать ноги Сильвии.
  Но он заглянул под койку. - Я кинжал потерял.
  Наверно, в твоем уголке".
  "В моем? - Сильвия сжала кулачки. - В моем уголке?
  Я тебя не допускала.
  В мой уголок не пускала".
  "Госпожа лейтенантка, - на смотрящего жалко глядеть. - Мне дон капитан Лейсбовски назначил свидание.
  Потому что гер майор Санчес в отъезде. - Смотрящий мычал.
  Затем рассмеялся. - А я явлюсь без кинжала.
  Знаю.
  Звучит несерьезно.
  Никто меня не приголубит.
  Без кинжала не приголубят.
  По-матерински не".
  
  БЕЗ КИНЖАЛА НЕ ПОЛЮБЯТ.
  
  "Дружок, - голосок Сильвия добренький.
  Сладенький голосок.
  Значит, Сильвия в гневе.
  Сильнейший гнев. - В отношении к тебе у меня комплекс.
  Комплекс полноценности.
  Я готова поспорить.
  Ты охмурил весь офицерский состав.
  Отлично проводишь время?"
  "Госпожа лейтенантка Сильвия, - смотрящий засопел. - Я не отвечу на твою шутку.
  Нет в тебе нежности.
  Нет в тебе страсти".
  "Есть во мне нежность, - Сильвия прошептала. - Есть страсть.
  Но не к тебе".
  Сильвия сказала.
  А я дала смотрящему пинок.
  Смотрящий вылетел.
  Вслед ему полетел кинжал.
  "Мой кинжал нашелся! - Смотрящий завопил.
  Даже забыл о полученном пинке. - Мой любимый кинжальчик.
  Теперь я готов.
  Даже слезы подступают.
  Подступают к горлу!"
  
  СЛЕЗЫ В ГОРЛЕ - ОРИГИНАЛЬНО!
  
  "Я решила! - Сильвия выпрямила спину. - Я готова.
  Летим!"
  "Ты уверена, Сильвия?"
  "Больше, чем.
  Больше чем все я уверена". - Сильвия деловито одевалась.
  "У меня шапка, - я призналась.
  Подруге - можно. - Шапка гармонирует невидимый диапазон.
  Но одна шапка двоих не потянет".
  "Нужны ключи.
  Ключи от казармы.
  И ключи от космофрегата.
  Сможешь?"
  "Конечно, Сильвия!
  Я рада, что могу быть полезной.
  Полезной тебе.
  Полезной нам".
  Я повернула шапку.
  Оказалась в невидимом диапазоне.
  Вышла в казарму.
  "Часовой на посту! - Я осторожно ступала. - Ключи у него на поясе.
  Что лучше?
  Снять ключи с пояса?
  Или стянуть с часового пояс?
  Наверно, вместе с поясом - безопаснее!" - Я расстегнула пояс часового.
  Взяла.
  Потянула.
  "Штаны упали!" - Часовой пробормотал.
  Он стоял без штанов.
  "Фу! - Я скривила носик. - Как не стыдно?
  Перед девушкой парень штаны потерял".
  Тут же я поняла:
  "Я все испортила!"
  Я помчалась к Сильвии.
  
  ЕСЛИ ТЫ НЕВИДИМАЯ, ТО МОЛЧИ.
  
  "Сильвия!
  Нас раскрыли! - Я бросила связку ключей подруге. - С поясом взяла.
  У часового штаны упали.
  Без пояса.
  Часовой тревогу поднял".
  "Слышу!" - Сильвия ответила коротко.
  Уже гремела тревога.
  Капрал надрывался:
  "Рота!
  Подъем!
  Повзводно!"
  Лейтенант суетился:
  "Парсефон!
  Лавуазье!
  Со мной.
  Остальные - примкнуть штыки!"
  "Какие штыки?" - Я бежала рядом с Сильвией.
  Мы держались за руки.
  "Как в тюрьме у вас... - Я задыхалась. - Тут, как в тюрьме.
  Горестное зрелище".
  
  ДЕВУШКИ В ТЮРЬМЕ - ГОРЕ.
  
  "Майор Познер вертолеты поднимает, - Сильвия взглянула на небо. - Познер в неописуемом гневе.
  Он призовет в помощь батальон космодесантников.
  Нас штыками изрубят на куски.
  Потом поджарят из бластеров.
  Но...
  Я не жалею о своем решении".
  "Чтобы изрубили, нас нужно поймать.
  Чтобы поджарили, нужно...
  Нужно тоже поймать.
  Чтобы поджарить.
  Получается, что нас два раза нужно.
  Сначала поймать, чтобы изрубить.
  Второй раз поймать, чтобы нас жарить".
  "Я не дамся.
  Не дамся, чтобы меня жарили, - Сильвия стиснула зубы. - И тебя не дам жарить".
  
  ДЛЯ БЕЗОПАСНОСТИ НАДО ЖАРИТЬ.
  
  "Ха!
  Не на тех напали! - Я вспомнила о трубе.
  О чудо трубе. - Войско против нас бесчисленное.
  Жухраи...
  Покрыли плац.
  Летное поле закрыли собой.
  Смело движутся против нас.
  Сейчас будет бой.
  Ужасный бой.
  Бой, какого имперцы мои не видели.
  Сражение, которое ужаснет жухраев.
  Идеология против идеологии".
  
  ИДЕОЛОГИЯ ВОЮЕТ С ИДЕОЛОГИЕЙ, А МЫ С ТОБОЙ В СТОРОНОЧКЕ.
  
  Я активировала трубу.
  Древний компьютер.
  Тот, который защищает.
  Ну, как активировала.
  Постучала по нему пальчиками.
  "Труба?"
  "Слушаюсь и повинуюсь, моя госпожа", - древняя труба была сегодня на редкость вежливая.
  "Против нас войско.
  Огромное войско.
  Выстоишь?
  Спасешь меня?
  И мою подругу?"
  "Легко! - древний компьютер механически засмеялся. - ВОИНОВ МНОГО, ВОИТЕЛЕЙ НЕ ВИЖУ.
  Жухраи постыдились бы.
  Вышли, как на парад.
  Защитные скафандры не активировали.
  Бронетехнику не задействовали.
  Космокрейсер не вызвали.
  Думают, что легко справятся с двумя девушками.
  С двумя голыми девушками".
  "Йа.
  Мне мэрша сказала, чтобы я не одевалась", - я пыталась оправдаться.
  "Йа...
  Я не успела одеться.
  Но форму с собой захватила". - Сильвия лепетала.
  
  БЕЗ ФОРМЫ НЕЛЬЗЯ ПРИКАЗЫВАТЬ, МОЖНО ТОЛЬКО ЛЕПЕТАТЬ.
  
  "С вами войско справилось! - Труба загудела. - Но меня не победят.
  Вам повезло.
  Повезло, что вы на моей стороне".
  "Тебе, труба повезло, - я засмеялась. - Повезло, что ты на нашей стороне".
  И труба дунула.
  Загудела труба.
  Древнейший компьютер включил частоты.
  Частоты начали дробить все в радиусе десяти миль.
  Космические мили.
  
  
  Космическая миля длиннее, чем миля морская.
  И во много раз длиннее, чем миля сухопутная.
  
  Труба трубила.
  Трубила разными частотами труба.
  Жухраи падали на колени.
  Зажимали ладонями уши.
  Закрывали кулаками глаза.
  Выли от нестерпимой боли.
  Я и Сильвия побежали.
  По спинам бежали.
  По головам мы скакали.
  По животам прыгали.
  По грудным клеткам проносились.
  Около бункера вопил майор.
  Он увидел нас.
  Бросился ко мне.
  В унижении молил о пощаде.
  "Майор Познер!" - Сильвия остановилась около него.
  Я закричала в отчаянье:
  "Сильвия!
  Майор Познер - жухрай!
  Оставь его".
  "Я - тоже жухрайка!" - Сильвия усмехнулась.
  "Я хотела сказать...
  Майор Познер враг.
  Наш с тобой враг.
  Он бы убил тебя.
  Даже, зная, что ты жухрайка.
  Лейтенантка жухрайка.
  Боевая жухрайка.
  Прославленная жухрайка.
  Но все равно он на нас напустил войско".
  
  МАЙОР НЕ СТРЕЛЯЕТ, МАЙОР ЗАСТАВЛЯЕТ СТРЕЛЯТЬ.
  
  "Мы должны быть великодушными, - Сильвия с укором на меня смотрела. - Милая!
  Выключи свою трубу.
  Пожалуйста".
  "Ну, и пожалуйста!"
  Я отключила защитный древний компьютер.
  Постучала по нему пальчиками:
  "Компьютер.
  Труба.
  Выключайся".
  ЧастОты пропали.
  Жухраи начали приходить в себя.
  Майор Познер поднялся.
  Пожал Сильвии руку:
  "Благодарю за службу, лейтенантка Сильвия!
  Ты спасла нас.
  Своих соратников спасла. - Затем майор обратился ко мне: - Вражеская девица!
  Ты - наш противник.
  Вы, Имперцы, все гадкие.
  Подлые.
  Мерзкие.
  Злобные..."
  "Сейчас снова трубу включу, - я пригрозила.
  Опустила ладошку на трубу. - И больше не выключу".
  "Вы, Имперцы, подлецы, - майор Познер побледнел. - Но ты достойна уважения.
  Ты не думала о мщении.
  Обошлась с нами почтительно.
  Вежливо.
  Забыла все несправедливости.
  Подарила нам надежду на любовь.
  И ты...
  Просто красавица!
  Очень!
  Я побежден твоей красотой.
  Склоняюсь перед твоим великодушием.
  Прошу прощения за все жестокости.
  За жестокости по отношению к тебе".
  
  "НЕ ТЫ ГОВОРИШЬ, ТВОЙ СТРАХ ГОВОРИТ".
  
  Я была польщена.
  Но...
  "Подруженька! - Сильвия шепнула мне на ушко. - Майор Познер нам уши заговаривает.
  В это время десантный полк снова нас окружает.
  Бежим на космолет".
  Мы прыгнули в космолет.
  Стартовали очень быстро.
  "Мы снова вместе! - Сильвия опустила ладошку на мою головку. - Вместе и навсегда!"
  "Иначе быть не может!" - Я засмеялась.
  Мы пролетали мимо сверхновой звезды.
  Я выбросила в нее чудо шапку, которая создавала невидимость.
  Следом за шапкой полетела в звезду труба.
  Труба, которая создавала убийственные частоты.
  И нет спасения от этих частот.
  Я выкинула энергетический шар.
  Прямо в центр звезды запульнула.
  Шар, который разгонял космолеты.
  До сверхскоростей разгонял.
  
  ВСЕ ХОРОШЕЕ ИСЧЕЗАЕТ.
  
  "Зачем ты выкинула?" - Сильвия спросила.
  Без укора спросила.
  "В новую жизнь с чистой совестью!"
  Я уже жалела, что выбросила ценное.
  Но шапка.
  Труба.
  И шар могли оказаться у жухраев.
  В руках врагов.
  Лучше никому, чем врагам.
  Мы летели к диким Планетам.
  По пути остановились в цитадели.
  На свалке космолетов.
  Мои подруги приняли нас ласково.
  Они узнали о нашем приближении.
  И заранее вышли встречать.
  Наш веселый праздник продолжался целый месяц.
  Затем я и Сильвия полетели в Приграничные темные материи.
  Искать дикую планету.
  Планету, которая станет нашим новым домом.
  Искать и не сдаваться!
  
  ИСКАТЬ ИНТЕРЕСНЕЕ, ЧЕМ ПЛЕСНЕВЕТЬ В СОСТОЯНИИ ПОКОЯ.
  
  Мы стояли в рубке обзора.
  Держались за руки.
  "Слева по курсу - тактический космофрегат", - наш бортовой компьютер доложил.
  "Сами видим", - я буркнула в ответ.
  Невежливо ответила.
  Хоть он и компьютер, но заботится о нас.
  "Сильвия? - Моя ладонь на тонкой талии подружки. - Что будем делать?
  Сбежим?
  Мало ли кто летит...
  Может быть, космические пираты".
  "Может быть, и пираты, - Сильвия наклонила очаровательную головку.
  Склонила на мое правое плечо. - Но, вдруг...
  Если им нужна помощь?
  Наша помощь.
  Мы же здесь будем жить.
  Жить в обществе космопиратов и быть свободными от них мы не можем.
  Я думаю, что надо принять гостей.
  Мы же не затворницы.
  Или...
  Как ты захочешь".
  "Главное, что ты захотела, - я отпустила подружку.
  Присела на командный пункт.
  "Курс на тактический космолет".
  Но он сам к нам уже приближался.
  На форсажном движке.
  Через пару минут я почувствовала тревогу.
  По спине стекала холодная струйка.
  "Компьютер!
  Не открывай.
  Сначала убедимся, что они - не враги". - Я приказала.
  Приказала шепотом.
  Но было поздно.
  Гости не озаботились ожиданием.
  Они даже не стали ломиться в двери.
  В стене образовалась дыра.
  Через нее вошли...
  "Ого!" - Сильвия округлила глазища.
  "Ах!" - Я замерла.
  И подумала:
  "Двенадцать космодесантников.
  Имперские космодесантники.
  Мои соотечественники.
  Но форма на них странная.
  Вроде бы космодесантная.
  Но в то же время с множеством отличий.
  Громилы.
  Накачанные.
  Мускулистые.
  У их предводителя...
  У командира лицо, словно высечено из скального астероида.
  Челюсть - невероятная".
  Космодесантники даже не волновались.
  Не направили на нас оружие.
  
  ДВЕ ОБНАЖЕННЫЕ ДЕВУШКИ, В ПОНИМАНИИ КОСМОДЕСАНТНИКОВ, НЕ ПРЕДСТАВЛЯЮТ ОПАСНОСТИ.
  
  "Жухраи нас тоже не дооценивали, - я кусала губки. - Но тогда у меня была воинственная труба.
  Зачем?
  Зачем я ее выбросила.
  Теперь я и Сильвия...
  Да!
  Мы, действительно, слабые девушки".
  Командир гостей коротко осмотрел нас.
  Даже не задержался взглядом на наших прелестях.
  Мы были для него, как манекены.
  "Все понятно! - командир взглядом впился в Сильвию. - Жухрайка!
  Сразу видно.
  Выправка.
  Взгляд стальной.
  Эту..."
  Он не договорил.
  И сам сделал.
  Воткнул кинжал в Сильвию.
  В мою Сильвию.
  Моментально вытащил.
  Вытер клинок о штанину.
  И сразу потерял к Сильвии интерес.
  Я не поняла.
  Не хотела понять.
  Затем рванулась к Сильвии.
  Она медленно опустилась на пол.
  Меня схватили.
  Держали.
  Я билась в истерике.
  "Отставить, - командир приказал.
  Мне приказал. - Твоя подруга была жухрайка.
  Мы воюем с жухраями".
  Командир и ко мне потерял интерес.
  Вернее, у него и не было к нам интереса.
  Я дергалась.
  Но меня, словно в ванадиевые тиски зажали.
  Тогда я перестала сражаться:
  "Отпустите.
  Оставьте меня.
  Я хочу попрощаться.
  Попрощаться с... подругой".
  Странно.
  Но меня отпустили.
  Я подбежала к Сильвии.
  Упала перед ней на колени.
  Села на пол.
  Прижалась к ней.
  Смотрела в ее глаза.
  В глазах Сильвии гасли звезды.
  Я ничего ей не говорила.
  Но мы понимали друг дружку.
  Без слов понимали.
  Меня спрашивали.
  Я не отвечала гостям.
  Но...
  Пришло время.
  Пришло время отпустить Сильвию.
  И тогда из моих глаз брызнули звезды.
  Я летела в бесконечность.
  Звездный туннель нигде не заканчивался.
  
  ЗВЕЗДЫ НИКОГДА НЕ ЗАКОНЧАТСЯ.
  
  Меня подняли.
  "Оружие на борту есть?"
  "Оружие? - Я мотала головой. - Оружие было.
  Сильвия - оружие.
  Мое оружие.
  Теперь ее нет.
  Нет оружия.
  Ничего нет".
  "Что-нибудь ценное?"
  "Я уже ответила.
  Сильвия - самая ценная.
  Но вы ценное убили.
  Теперь нет ценного".
  "Эту, - командир снова произнес.
  То, слово, с которого для Сильвии началась дорога в бесконечность. - Забираем".
  Меня потащили.
  Я не оглядывалась.
  Не могла оглянуться.
  
  НА ПРОШЛОЕ НЕЛЬЗЯ ОГЛЯДЫВАТЬСЯ.
  
  Прошлое можно забрать с собой.
  Космодесантники взорвали космолет.
  Вместе с Сильвией взорвали.
  Даже не оставили дорогой космолет на запчасти.
  Я думала, что меня отвезут в штаб округа.
  Или в отделение Имперской Тайной Канцелярии.
  Ведь я была с жухрайкой.
  Значит, я - перебежчица.
  Предательница.
  Но космодесантники высадили меня.
  Высадили на дикой планете.
  И...
  Улетели.
  Я ничего не понимала.
  И не хотела понять.
  Да уже понимать нечего было.
  Я была опустошена.
  Возвращаться к своим Имперцам?
  Не могу.
  Без Сильвии не могу.
  Отправиться служить жухраям?
  Мстить имперцам за Сильвию?
  Я не предательница Империи.
  Я зависла.
  Зависла мыслями в космосе.
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"