Сотников Игорь Анатольевич : другие произведения.

Клуб за ...-2. Гл.6

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:

  Встречи и опять встречи.
  - Перед началом чайной церемонии человек должен очиститься, так сказать достичь состояния внутренней гармонии и покоя. Именно поэтому она проходит в красивом помещении и под звуки приятной музыки, зачастую завораживающей и мистической. Для наилучшего эффекта мастер чайной церемонии предпочитает использовать звуки природы. Это содействует погружению человека в глубины своей души и помогает лучше слиться с природой. - В ожидании своего заказа, Глеб, чья неусидчивость на одном месте всегда первенствовала в нём, попытался занять себя читкой того, что он нашёл в глобальной сети посредством своего телефона. А так как они с Тишей в данный момент заняли места за столом ресторана их отеля "The Palm Court", специализирующегося на послеобеденном чаепитии, то Глеб посчитал необходимым подготовить себя к столь ответственной церемонии.
  - По всем канонам ритуал проходит в атмосфере добра и гармонии. В процессе чаепития не принято громко разговаривать, махать руками или же шуметь. - Продолжил зачитывать Глеб, время от времени бросая свой взгляд на соседние столики. И вид увлечённых собой или тем же чаем посетителей ресторана, навёл Глеба на весьма грустную мысль. Как оказывается, мир не столь огромен, как он раньше думал, а наоборот, даже очень тесен. А как тогда объяснить факт того, что за соседними столами сидят всё знакомые для него люди. И это при том, что этот город вмещает в себя столько разновидностей людей, что и не пересчитать.
  - Наверное, это потому так происходит, что существует своя природная арифметика, с её внутренней систематизацией своих же процессов, под названием закон ореола обитания. - Отложив свой телефон, подумал Глеб, посмотрев на уже притеревшихся в его памяти двух господ в костюмах тройках (правда сейчас они были одеты в смокинги), сидящих прямо напротив него, за одним столиков, который как раз находился прямо у дерева, входящего во внутренний, полный растительности антураж ресторана.
  - Так в жизни каждого человека, на этом его пути со своим количественным нормативом, встречаются определённого рода и склада ума люди, которые входят в этот ореол его обитания. А вот встреча с людьми другой формации, если не исключена, то крайне затруднена. И если такому бывать, то лишь в качестве исключения, для подтверждения этого правила. - Размыслил Глеб, продолжая наблюдать за этими господами, которые как он уже заметил за ними, не только пришли сюда чай пить, а они плюс ко всему - к чаю с булочками - хоть и незаметно для окружающих, но только не для Глеба, а использовали это общественное место для своего наблюдения за посетителями ресторана. И, пожалуй, в этом ничего нет предосудительного, если ты путешественник или турист, ведь им, как всем известно, свойственно проявлять любопытство к окружающему миру. Но Глебу отчего-то казалось, что эти господа точно не туристы, и к тому же выдают себя не за того, кем они являлись на самом деле.
  - Если вы здесь находитесь как туристы, то я ...- на этом месте Глеб осекся в своём размышлении, не зная чем таким несусветным можно пригвоздить этих хитроумных господ. К тому же в этот момент очнулся от своих мыслей Тиша, и тут же начал придираться к Глебу.
  - Я думаю, что мудрецы древности глядели куда глубже, и предписывали участникам чайной церемонии, не только внешне не проявлять неустойчивость своего поведения, но и не придаваться волнению и шумности в своей в душе. - С намёком на то, что в голове Глеба не всё так спокойно, сказал Тиша. - А шум при этой церемонии, допускается только в одном случае. Когда вода на огне доводится до состояния "Шум ветра в соснах".
  - Я вижу, ты позиционируешь себя большим знатоком всех этих церемоний и её смыслов, - усмехнулся Глеб, глядя на Тишу, чья рука тоже была замечена в близких связях уже с его телефоном, а это говорило о многом, - тогда может, просветишь меня насчёт вон тех участников чайной церемонии. - Сказал Глеб, кивнув в сторону тех двух сидящих на своих прежних местах, людей в смокингах. И хотя в этом утверждении Глеба, с трудом прослеживалась связь с заявлением Тиши, всё же он был отвлечён от своих мыслей и привлечён вниманием к столику с этими господами.
  - А они, наверное, куда-то собрались. - Сумел-таки порадовать Глеба Тиша этим своим замечанием.
  - Пожалуй, соглашусь. - Сказал Глеб.
  - А вот что, или кто даст старт им, то я думаю, об этом догадаться не сложно. - Сказал Тиша. На что на этот раз Глеб не высказал, ни да, ни нет, а всё потому им принесли чайный сервис, и они по своему разумению, согласно традициям и вкусам, могли приступить к своей чайной церемонии. Правда тут без поправок на публичность местонахождения не обошлось, и каждому из чаёвников пришлось воздержаться от проявления своей домашности, предполагающей звучное затягивание в себя кипятка, с последующим выдохом облегчения, а уж пробовать пить чай и закусывать его куском сахара, то об этом и говорить не приходится - а то ещё вызовут полицию потрясённые таким фокусом все эти господа, которые кроме сахара-песка ничего другого и не видели. Ну а раз им не удаётся полностью отдаться процессу чаепития, то приходится отвлекаться от чашек с чаем и примечать за другими чаёвниками их нескрываемые привычки, которые ими со временем были приобретены, благодаря своей приспособляемости к жизни.
  И если насчёт дам различного возраста и привлекательности, то тут не было ничего нового - словесная трескотня с их стороны, вперемешку с многозначительным взглядами на достойных их взглядов господ не прекращалась - они как всегда перебирали, то вот характерность поведения мужского контингента ресторана, довольно сильно разнилась, даже несмотря на то, что они все здесь находились с одной целью. Правда некоторые из посетителей, под чьей рукой оказывалась привлекательного вида дама, сразу было видно, пытались маскировать свои истинные намерения при посещении этого ресторана. Они не чай сюда пришли пить, а затуманивать взор своей спутницы своим влюблённым взглядом.
  Но это понятно, что частные случаи, происходящие лишь потому, что дамы своей привлекательность разрушают относительно строгие и даже иногда серьёзные намерения и отношения к жизни со стороны целеустремлённых господ, которые даже не думали и тем более не планировали, что с ними такое может случиться. Вот, наверное почему, такой повышенный интерес вызывают такие влюблённые парочки среди... да практически всех - каждый хочет заранее подготовиться к такого рода невероятному событию, которое и в их жизни может когда-нибудь нагрянуть, а ты раз, и не подготовлен.
  Что же касается не таких, хоть и привлекающих всеобщее внимание случаев, где основную тяжесть нагрузки со стороны женского пола, взяли на себя различного вида, но одного поля ягоды, богатого рода господа, то они благодаря этому всеобщему отвлечению на сидящую за самым обыкновенным, ничем не примечательным столиком молодой пары, которая своими нередкими поцелуями провоцирует присутствующих здесь в ресторане успешных дам на умственные обмороки и язвительность, могли на время выдохнуть и ослабить свои ремни. И хотя чуть выше утверждалось, что все их намерения разнились, всё же это не так, и если откинуть в сторону служебные, мало относящиеся к быту случаи, то и эта часть местного контингента, в конечном счёте преследовала одну и ту же цель - самоутвердиться. А вот как и за счёт кого, то тут пути у всех были неисповедимы.
  И если одни, те, кто уже окостенел в своём монолите мнения о подлой сущности окружающих, - они смотрят на этого иерарха своего непоколебимого мнения лишь с одной целью, испытать его терпение на прочность, - глядят на мир исподлобья всё того же своего мнения, то есть и такие, кто испытывает не только терпение, но и оптимизм. Особенно при виде себя в отражении чьих-то озорных глаз.
  Но не они стали предметом наблюдения и даже изучения со стороны Тиши и Глеба, который продолжил настаивать на том, чтобы Тиша не дул на воду, в попытке остудить чай, а дал тому время для того чтобы естественным путём достичь теплоты взглядов на себя. А их внимание привлёк, неожиданно появившийся в дверях ресторана тот самый возмутитель их спокойствия, господин с кейсом, а сейчас просто господин с большим чёрным пакетом, похожим на портплед, в котором может укрыться не только костюм типа смокинга, а всё что угодно, в том числе и кейс. А это не может не вызвать множество вопросов.
  Но им сейчас не до всех этих вопросов, и Тиша с Глебом вынуждены в мыслях и во взглядах следовать следом за этим господином ...Раз он такой мастак на перемены, то пусть пеняет сам на себя, и вместо вполне себе ничего и даже в чём-то респектабельного именования, господин с кейсом, отныне будет именоваться господином с длинным носом. Чего у него уже точно не отнять и не сменить на носик с пипкой.
  Так вот, этот длинноносый господин, делает быстрый осмотр зала, из чего можно сделать вывод, что этот господин натура чрезвычайно заинтересованная в чём-то - этот, и все последующие выводы в основном делал Глеб. После чего он обнаружил для себя подходящий столик - он был свободен от каких-либо лиц - и прямиком направился к нему. Там же он без каких-то сложностей и затруднений, повесив свой портплед на рядом стоящую вешалку, устроился и, с задумчивостью погрузившись в чайную карту, принялся выбирать для себя напиток по вкусу.
  - А ты, посмотри-ка, как наши господа в смокингах всполошились. - Закрывая рукой рот, тихо пробормотал Тиша. Глеб же всё это время не сводивший своего взгляда с человека с длинным носом, только сейчас отвлёкся и посмотрел в сторону этих господ. Которые, если не быть к ним достаточно внимательным, то можно сказать, ничем не выдавали себя, но Глеб за ними всё-таки поглядывал и он мог сравнить их поведение до и после появления человека с длинным носом.
  И если до этого они размеренно поднося чашку с чаем к своему рту, задерживали её там и заодно мгновение, чтобы зафиксировать окружающую обстановку, то сейчас они полностью сосредоточили своё внимание на человеке с длинным носом. При этом один из этих господ оказался в весьма затруднительном для себя положении - он явно не рассчитывал на такую избирательность этого человека с длинным носом и оказался в предательском для себя положении, спиной к нему. Что видимо безмерно обрадовало его напарника, который оказался в таком выигрышном положении. И теперь только от него и от желания его благорассудства, зависело то, как он обрисует своему напарнику объект наблюдения.
  - Ну что он там? - сквозь прижатую ко рту салфетку, спросил своего более удачливого напарника мистер Паоло.
  - Сидит и смотрит. - Прикрывая свой рот поднятой чашкой, пуская рябь на поверхности чая, тихо сказал Марк.
  - Куда? - спросил Паоло.
  - Куда-куда, да тебе прямо в спину. Не понравилась она ему чем-то. - Быстро ответил Марк и видимо, чтобы не рассмеяться, решил захлебнуться в своей чашке. В результате чего закашлялся и вызвал всеобщее внимание к себе, с переполохом в умах людей чтящих традиции предков, с их заветом потомкам "Поспешишь, людей насмешишь", со взглядами презрения на такую его самонадеянность со стороны людей, чья самонадеянность была подкреплёна их капиталами, и что самое нежелательное, так это то, что на него посмотрел и человек с длинным носом. И не просто посмотрел, а как показалось Марку, очень запоминающее для него посмотрел.
  А тут ещё и этот Паоло лезет под руку своими дерзкими заявлениями. - Рот закрой, придурок. - И понятно, что этот Паоло пользуется моментом, где он, Марк, сейчас ничего ему противопоставить не может и приходиться затыкаться. Правда Марк хотел было срезать этого Паоло, спросив его, и каким образом, он собирается вести слежку за объектом? Но тот, явно решил продемонстрировать Марку, что он в отличие от него в некоторых специальных школах обучен, и может, если сильно надо будет, суметь и из такого положения найти выход.
  И этот, слишком много на себя берёт, к тому же как оказывается, привередливый Паоло, берёт со стола чайную ложку и, подняв её на уровень своих глаз, начинает придирчиво её рассматривать. И хотя Марк и сам редко оставался доволен своим обслуживанием в ресторанах, всё же он не настолько привередлив, как этот Паоло. И если столовые приборы после его неудачного поворота локтём упали на пол, то он, как человек не отделяющий себя от примет, в первую очередь смотрит на то, что упало. А уж после того, как они окажутся в его руках, то если они своей чистотой вызывают у него подозрения, то он ничего не имеет против того, чтобы предоставить части своего гардероба в качестве чистящих средств.
  И Марк уже приготовился укорить этого Паоло за его жлобство или снобство, - Марк ещё толком не выяснил для себя, что лучше для него подходит - на которые как оказывается так падок Паоло, как вдруг он замечает, что этот Паоло, о котором он по большому счёту, не так уж и много знает, чему не способствует недавнее знакомство, как-то странно смотрит на эту ложку.
  - Так он что, мистификатор, и хочет силой мысли согнуть ложку? - а вот сейчас Марк действительно заволновался, правда не за Паоло, а всего лишь за такую изящную ложку. Ведь окажись этот мистер Паоло на самом деле мистификатором, то он и вправду согнёт ложку, а не окажись, то он всё равно её согнёт, но только в приступе гнева на слабость своей мысли, даже не способной согнуть какую-то ложку.
  Но мистер Паоло до чего же изворотливый и непредсказуемый для Марка тип, и он и ложку не гнёт, и в припадке бешенства не взрывается, а всё сидит в одном положении и свою неизвестную для Марка линию гнёт. И уже теперь Марк, было собрался нервно взорваться, и вопросить этого странного мистификатора, мистера Паоло, что это ещё за фокусы такие, и не надо только ему втирать, что он через зеркальную поверхность ложки ведёт своё наблюдение за объектом, как появление в ресторане новых посетителей, отвлекло на себя всё внимание, как Марка и его напарника, так и другие вовлечённые в этот процесс наблюдения лица.
  И хотя отвлечь ваше внимание может и всякий пустяк, как та же муха, сующая свой жужжащий нос, куда не просят, вам под нос, всё же это была не муха, а люди. А им в отличие от мухи, понадобится гораздо больше приложить усилий, чтобы перевести человеческое внимание к себе. И тут одного вызывающего внешнего вида явно будет недостаточно. Ведь в наше время своим внешним видом удивить совершенно не представляется возможным, и какое бы нагромождение удивительных вещей на себя не надевали современные модники, всё это вызывает лишь желание потребительского и отчасти сексуального свойства.
  Впрочем, вошедшие люди, хоть и придавали немалое значение своему гардеробу, пошитому, если не в лучших, так в практичных ателье города, всё же не это привлекло к ним внимание. А вот то, что в их взглядах на окружающий мир и в особенности главную его часть, людей, сквозило что-то совершенно незнакомое, практически чужеродное, то это-то, и притягивало к ним взгляды уже занявших свои места посетителей ресторана.
   - Это тот самый. - Тиша мог об заклад побиться за то, что он это услышал. После чего он принялся соображать, а чтобы это могло значить. И кто это такой, тот самый? На что, конечно, вот так сразу и не ответишь, а приходиться дополнять свои знания из внешних источников, а для этого приходится вести своё наблюдение за вошедшими людьми. Где один из них был самого обычного, среднего возраста человеком, тогда как его товарищ, в отличие от него выделялся, не просто в сильную, а в могучую сторону.
  И глядя на него складывалось такое странное ощущение, что стоит только ему полной грудью вздохнуть, как помещение ресторана окажется в аномальной без кислородной зоне, что вызовет кратковременные обмороки у легковерных дам и временную потерю себя в пространстве людей с более крепкой психикой. О чём скорей всего подспудно догадывался, а может и знал этот могучий человек, раз он так широко и приветливо всем улыбался, и пока не спешил таким способом всех склонить в свою сторону.
  - Нет прекраснее на свете одежды, чем бронза мускулов и свежесть кожи. - Не громко не тихо, а в самый раз, так чтобы все слышали, сказал этот человек-глыба. Что сразу же разделило посетителей ресторана на две не равные половины. Где женская половина с сожалением была вынуждена согласиться с этим утверждением этого странного, да ещё товарища, человека. Тогда как мужская половина оказалась на распутье своего решения, где желания утвердительного ответа, прерывались на полуслове их возможностями, тоще выглядывающими из костюмов.
  - Товарищ Владимир, не так вызывающе громко. - Сказал его спутник товарищ Самоед.
  - Я рупор, а он быть не громким, не может по определению. - Усмехнувшись сказал товарищ Владимир. И его спутник, поняв, что слова только усугубляют ситуацию, заговорив ему на ухо что-то, тем самым увлёк своего товарища в обратную сторону, на выход из ресторана, дав возможность посетителям ресторана вздохнуть облегченно.
  Между тем пока все были увлечены этим появлением, непонятно для чего сюда заходили, этих людей, человек с длинным носом вдруг передумал пить чай и, сняв с вешалки портплед, вслед за этим вышел из-за стола, и направился к выходу, чем вызвал очередной переполох в стане наблюдателей, ведущим за ним слежку, и не как иначе, по мнению Глеба. Правда всё это замешательство на их лицах и частично в неуклюжих движениях их тел - Марк слишком громко поставил свою чашку на блюдечко, а Паоло выронил ложечку из рук - практически, за исключением всегда такого наблюдательного Глеба, для всех прошло незамеченным.
  И вот стоило только человеку с длинным носом покинуть пределы ресторана, как господа наблюдатели, мистер Паоло и Марк, вдруг вспоминают о том, что их ждут какие-то незаконченные и главное, срочные дела. А это конечно такое дело, что всякая задержка с этого момента для них недопустима, и они быстро отставляют из под себя стулья и, кинув на стол ровно столько, на сколько, по их мнению, они напили здесь, тем же скоростным темпом, с которым с этого момента работает их мозг, удалились из ресторана.
  И конечно, видя этот новый мейнстрим в сторону выхода из ресторана, и других посетителей ресторана, хотя бы косвенно, не могло не охватить стадное чувство, со своим желанием покинуть ресторан. Так кто-то, вдруг почувствовал, что шестой чашкой чая он хватил через край, за которым наступают необратимые вспять вещи, а кто-то, будучи натурой настороженной к окружающим, решил, что все выходят неспроста и, пожалуй, оставаться дальше здесь, будет неразумно.
  Так что вполне объяснимо, что вслед за этими вышедшими людьми, среди посетителей ресторана найдутся и другие, кто пожелает покинуть это уже не столь безопасное место. И первыми кто принял такое решение, были Тиша и Глеб, правда по совсем другой причине - они так и не оставили в покое или вернее сказать, не отложили в сторону, свои дальновидные мысли насчёт господина с длинным носом, который по мнению Тиши, был тем, за кого он его посчитал - соучастником преступлений коварного мистера Дрейка.
  Но принять решение и осуществить его, две большие разницы, даже если это больших затрат не стоит. А просто так бывает, что когда вы, вот только собрались что-то сделать, как например Глеб, подняться из-за стола, как в этот же момент или вернее сказать, буквально за мгновение до этого, кто-то другой, вдруг берёт и такие же действия осуществляет, и так сказать сбивает вас с вашего ритма движения.
  Так вот, только было собирается Глеб кивнуть Тише и подняться из-за стола, как вдруг, в этот же самый момент, из-за одного из столиков, на который они раньше совершенно никакого внимания не обращали и даже не слышали о его существовании, практически бесшумно для всех, но только опять же не для Глеба, - и это законами физики объяснимо, он ведь находится с ними на одной функциональной волне, - поднимаются две серовидные личности и незаметно проскальзывают к выходу. Что вызывает на лице Глеба странную смесь чувств, где первую скрипку играло недоумение.
  - И как ты думаешь, это может быть совпадением? - спросил Тишу Глеб.
  - Ты сам знаешь ответ на свой вопрос. - Сказал Тиша и, поднявшись из-за стола, взял на себя инициативу. - Ну, а чтобы получить на него подтверждение, засиживаться тут не стоит. - Кивнув в сторону выхода, сказал Тиша и выдвинулся к выходу. Глеб же посчитав, что Тиша дело говорит, да и к тому же он и сам так считал, поднимается и следует вслед за Тишей к выходу из ресторана. Правда им пришлось ещё немного задержаться у входа, а всё потому, что Тиша заметил там, в конце коридора, пристроившихся у одной стен, тех двух малоприметных типов, которые, если насчёт их поведения использовать логический алгоритм исследования, в котором так силён Тиша - чем он и воспользовался при их обнаружении - скорей всего не зря остановились, а по причине того, что тот, за кем они вели своё наблюдение, где-то там дальше, вполне вероятно, что у выхода из отеля, в гардеробе, тоже временно остановился - как когда-то выясниться, то это было не совсем так.
  А всё дело в том, что наблюдаемый объект, как уже совсем не трудно догадаться, господин с длинным носом, задержался у стойки администрации в ожидании того, когда ему подадут такси. А ведь при этом назови его просто господином с носом, то это будет довольно странно, и постоянно вызывать иносказательные ассоциации, ведь безносых господ очень редко встретишь, а тут получается, что специально подчёркивается, что господин с носом. Что не может вызвать своих вопросов: А как это понимать? И нет ли тут какого-то глубинного смысла, с иносказательной отсылкой к известному фразеологизму "остаться с носом"?
  В общем, у всех ожидающих этого господина с длинным носом, независимо от их убеждений и взглядов на него, почему-то закрутилась мысль вокруг этого вопроса. И им показалось, что этот господин с длинным носом, не так прост, как он на первый взгляд кажется, и что с ним нужно ухо держать востро, а иначе он и вправду, что-нибудь подобное выкинет и оставит их всех со своим носом и больше ни с чем.
  - Ты что встал? - наткнувшись в проходе на Тишу, недовольно спросил его Глеб.
  - Ты что, не видишь? - со своей стороны Тиша тоже проявил недовольство, кивнув в сторону замерших у стенки в ожидании тех малоприметных типов. Ну а Глебу ничего не остаётся делать, как заметить, и спросить Тишу. - Как думаешь, кто они такие?
  - Не знаю, - пожав плечами, тихо ответил Тиша, - но судя по всему, по серьёзней тех костюмных типов.
  - Это точно. - Согласился Глеб. - Но что будем делать дальше?
  - Знаешь, - внимательно посмотрев на Глеба, сказал Тиша, - у меня такое чувство, что наш инкогнито господин с длинным носом, сейчас собрался туда же, где тебе назначила встречу эта цветочница.
  - А я на это много шире смотрю. - Многозначительно сказал Глеб.
  - Всего вероятнее, и они там будут. - Искривившись в лице, сказал Тиша.
  - Без сомнения. - Кратко ответил Глеб.
  - И вообще, я думаю, что нам эта встреча с ней очень необходима. Она на многое откроет глаза. - Уже задумчиво проговорил Тиша. Глеб же достал телефон и, посмотрев на нём время, убрал телефон и, переведя свой взгляд на Тишу, сказал. - У нас времени ещё достаточно в запасе.
  - Ты на что намекаешь? - прищурив один глаз, спросил Тиша.
  - Ну, раз тебе не понятно, то объясняю. - Зачем-то посмотрев по сторонам, сказал Глеб. - Ты сам видел, что господин инкогнито, не взял с собой кейс. Ну а пока кейс свободен от наблюдения за собой со стороны этого господина, а приставленные за ним люди, скорей всего последуют вслед за ним, то мы можем пока есть время, по быстрому развеять все наши сомнения на его счёт. - Многозначительной улыбкой закончил своё предложение Глеб. Тиша же в отличие от него не был столь оптимистично настроен. И он так сказать, даже не воспылал воодушевлением, услышав это, по его мнению, преступно глупое предложение. Правда он не спешит так не радовать Глеба, а через попутные вопросы решает разбить самоуверенность Глеба.
  - Интересно, и каким образом ты собираешься попасть внутрь его номера? - с небольшой издевкой спросил его Тиша. Но Глеб пропускает мимо ушей эту неуверенность, а может даже малодушие в себе Тиши и, приблизившись к Тише, многозначительно, но всё же не очень для Тиши понятно, говорит. - На месте разберёмся. - Что и говорить, а прямо тут на месте, с этим практически совершенным планом Глеба, вот так просто не поспорить - ведь придраться тут не к чему, и значит его осуществимость, вполне реальна. Правда Тиша в некотором роде придирчивый и критически относящийся ко всем предлагаемым планам Глеба человек, и он, конечно, не собирался вот так соглашаться, и хотел к нему докопаться, спросив:
  - А что измениться там, на месте? - Но он не успел добиться желаемого, а всё потому, что те двое типа пришли в движение и, заставили встрепенуться Глеба и самого Тишу. И тут уже шансов на осмысленный подход к неоднозначным предложениям Глеба у Тиши не осталось, и его здравость рассуждения, теперь поспешала вслед за его ногами, которые поспешно чередовали себя, догоняя Глеба, которому вдруг вознамерилось удостовериться в чём-то своём.
  Когда же Тиша нагнал Глеба прямо за тем поворотом, у которого прежде свои места занимали те двое неприметных типов, то прежде чем Глеб что-то сказал, Тиша и сам частично успел заметить, как в парадные двери отеля выходили эти двое неприметных типов. А посмотрев в ведущие на улицу обрамляющие парадный вход стеклянные витражи, он смог увидеть отъезжающее от гостиничного крыльца такси, в котором свои места занимали уже знакомые лица людей в смокингах.
  - Всё, вход свободен. - Сказал Глеб, поворачиваясь в сторону лифта.
  - Только разве что посмотреть. - Пробубнил про себя Тиша, последовав вслед за Тишей к лифту. После чего они заполняют собой лифт и на вопрос лифтёра: "Какой этаж?", - на этот раз отвечает Глеб: Тринадцатый. - Конспиратор хренов. - Ухмыляется про себя Тиша, посмотрев на довольную физиономию Глеба.
  Но вот их ноги вступили на мозаичную плитку вестибюля тринадцатого этажа, и как на этот раз показалось Тише, то его туфли оглушительно громко скрипят. И, наверное, спроси Глеба уже о его туфлях, то и он бы не стал отпираться в этом вопросе и заявил бы, что их тоже срочно необходимо обновить. Но его об этом никто не спросил, да и вообще, ему, как и Тише, сейчас было не до разговоров, и они, дождавшись когда дверцы лифта закроются, быстро разворачиваются в сторону лестницы, - а так они дезориентировали лифтёра, следуя по коридору куда-то вперёд, - и быстрым шагом идут к ней. После чего следует быстрый спуск вниз на этаж и они, оказавшись на лестничной площадке, на этом стартовом проходе, решают пока оглядеться и не спешить.
  - Вроде бы никого. - С сомнением и волнением в голосе сказал Глеб, озираясь по сторонам.
  - Что, это вроде настораживает? - Тиша в свою очередь видимо решил поиздеваться над не таким смелым Глебом. Но Глебу почему-то эти подколки Тиши не кажутся смешными, и вообще он считает их не своевременными. О чём он, впрочем, не спешит распространяться, ожидая от Тиши новой порции подколок, с помощью которых, он, по разумению Глеба, хочет сорвать всю им задуманную операцию по раскрытию загадки кейса. А это значит только одно, что Тиша сам безмерно трусит и даже, наверное, будет не против того, чтобы их кто-нибудь спугнул, а ещё лучше, опередил. И стоило только Глебу прийти к этой мысли, как со стороны того самого коридорного ответвления, где находился номер господина инкогнито с длинным носом, до них доносится еле различимый звук открывающихся дверей.
  И, наверное, не находись на месте Глеба и Тиши они сами, - а они отличались от всех других тем, что их нервы находились в крайнем натяжении и любой, даже самый ультра тихо звучащий звук, они не могли не услышать, - то это движение чей-то скрытой души по открыванию дверей, так и осталась между дверью и тем, кто её открывал. При этом, несмотря на то, что на этаже, а именно в этом коридорном ответвлении, находилось множество номеров, у наших героев не возникло и доли сомнения в том, что этот звук издавала именно та самая дверь. Так что не успела она открыться, как коридор был по-прежнему девственно чист, и ни одна нога незнакомца не могла смутить взгляд выглянувшего из проёма двери, мистера Дойля.
  Ну а раз проход свободен, то мистер Дойль быстро выскальзывает в коридор, бережно до лёгкого щелчка замка прикрывает за собой дверь, после чего быстро поправляет оттопырившийся на себе пиджак костюма и быстрым шагом направляется в сторону лестницы. Где он вскоре и скрывается, спустившись вниз.
  - Хорошо, что мы забрались наверх. - Тихо прошептал Тише Глеб.
  - Ага. - Согласно кивнул ему Тиша.
  - Я же тебе говорил, что на месте во всём разберёмся. - Сказал Глеб. На что Тиша хотел бы ему сказать пару мало разборчивых, но очень доходчивых слов, но прибытие лифта отвлекло их друг от друга, и они, прижавшись вначале к стеночке, принялись слушать.
  - Кто это ещё? - кивнув в сторону лифта, выразительно одними глазами вопросил Тишу Глеб. И конечно Глеб нашёл кого спрашивать, - хотя в его случае без других вариантов, - и Тиша, находясь в таком же, как и он положении, мог бы с таким же успехом спросить его. К тому же, почему они так всполошились тоже не ясно, ведь на лифте мог приехать кто угодно, а не ...А собственно кого они ожидали увидеть или прислушавшись услышать?
  Ну а когда рождается столько вопросов, что даже не успеваешь осмыслить причину их возникновения, то начинаешь действовать спонтанно, и Тиша с Глебом, не сговариваясь, стоило только закрыться дверям лифта, как вытянув вперёд свои головы, начали потихоньку спускаться вниз, чтобы заглянув на этаж, развеять свои сомнения и догадки насчёт прибывшего лица.
  И, наверное, на этот раз, им скорее всего не хотелось стать свидетелями каких-нибудь необычных событий, а вот успокоиться, увидев какую-нибудь несусветных размеров тётку или же подвыпившего престарелого господина, которые нагулявшись на воле, теперь решили занять свой номер и там поприбывать в самом себе, то это для них было в самый раз. Но Тиша и Глеб не входили в число архитекторов этой, да и своей жизни, и они вообще не были в курсе вселенских замыслов творца, а это значит одно, не им заниматься планированием событийности. Так что вместо огромных размеров тётки или подвыпившего джентльмена, их могло ожидать что угодно, но только не то, что они там себе надумали.
   И поэтому увиденное ими, их в очередной раз, но только несказанно, а удивило. И хотя сам идущий по коридору неприметный господин, очень смахивающий на тех неприметных господ, которых ранее в ресторане приметили наши герои, ничем особенным не выделялся, всё же он их удивил. А удивил он их тем, что находилось в его руках - кейсом один в один похожим на кейс господина с длинным носом. Что заставляет Тишу и Глеба переглянуться и с немым вопросом обратиться друг к другу: Что всё это значит?
  И понятно, что этот вопрос так и останется без ответа, что возвращает их взгляды вначале в сторону спины этого незнакомца, а затем резко обратно за угол - незнакомец, подойдя к той самой двери, решил по оглядываться по сторонам. После чего Тиша с Глебом слышат звук открывшейся и вновь закрывшейся двери, и пока, как они думали, что у них есть время, они после глубокого вздоха собрались было позадаваться безответными вопросами, как до них вновь доносится звук открывающейся двери, и они вынуждены вновь затаиться. После чего они интуитивно почувствовав, что на этом месте оставаться не безопасно, на носочках поднимаются вверх. И как вскоре выясняется, очень даже вовремя. А всё потому, что тот неприметный незнакомец решил воспользоваться лестницей и начал по ней спускаться.
  Когда же звук от его шагов удалился вниз на столько, что Тиша и Глеб смогли не переживать за то, что их обнаружат, то они, посчитав, что здесь оставаться нет больше смысла, поднялись на тринадцатый этаж.
  - Ну и что ты на всё это скажешь? - спросил Тишу Глеб, после того как он отдышался от своего нервного напряжения, в которое его вогнал последний посетитель номера человека с длинным носом. А что может сказать Тиша, кроме разве того, что он и сказал. - Дело принимает очень запутанный оборот. - И Глеб не может с этим не согласиться.
  - Знаешь. - Обратился к Глебу Тиша. - Давай-ка сгоняем в свой номер. Быстро там освежимся и поедем на встречу. А там проветрим свои мысли и, пожалуй, на часть вопросов найдём ответ.
  - Идёт. - Этот ответ Глеба оказался пророческим, а всё потому, что лифт и вправду пришёл, и открыл свои двери им навстречу.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"